Рядовые фрики и жуаньши стреляют в меня, но пули бессмысленно сплющиваются об мою броню и опадают на землю свинцовым мусором.
— Я тебя убью, юся!!! — проревел здоровяк с кувалдой и помчался на меня.
Вскидываю ручницу и стреляю по нему с одной руки.
Отдача с силой рванула руку, а биметаллическая картечь врезалась в здоровяка, остановив его на месте. Он опустил взгляд на свой живот, увидел, что там кровавое месиво, а затем поднял взгляд на меня и продолжил бег.
«Впервые такое…» — подумал я, закрепляя Д-25 на спине и вытаскивая из ножен княжий меч.
Здоровяк замахнулся кувалдой, но я помешал ему нанести удар с помощью щита, которым шарахнул его прямо по башке. Но одновременно с этим я рубанул его и без того пострадавший живот мечом, из-за чего наружу вывалились кишки.
Следующим ударом отсекаю ему левую кисть, а также задеваю глотку.
Сразу после этого на меня налетает оставшийся юся-фрик, видимо, попытавшийся сбить меня с ног. Но он не учёл, что у нас несопоставимая масса, а ещё я гораздо сильнее.
Роняю щит и меч на землю и падаю прямо на налетевшего юся, чтобы лишить преимущества в манёвренности. Он пытается добраться россомашьими когтями до моих глаз, а я игнорирую это и пытаюсь схватить его башку.
Наконец, я вспоминаю, что у меня есть лезвия на наплечниках. Поджимаю руки под себя, прислоняю шипы к груди застрявшего подо мной юся и начинаю потрошение. Он заорал и попытался заблокировать шипы своими коготочками, но это было тщетно.
За пару десятков секунд я ободрал его предплечья до костей, а завершил всё сжиманием черепа в руках. Череп затрещал и лопнул, после чего я поднялся на ноги и отряхнулся от налипшей на броню плоти.
Здоровяк, как я вижу, пытался доползти до меня, но сдох на полпути. Вероятнее всего, истёк кровью или запутался с собственных кишках — хуй его знает…
Фрики уже добили морпехов и теперь сфокусировались на обстреле — пытаются достать меня своим бесполезным оружием и орут при этом так, будто у них получается.
— Виталик! — окликнул меня примчавшийся Маркус.
Прибыл он не один — с ним пришли морпехи из резерва.
Под звон металла и вой пуль, поднимаю с земли щит и меч, а затем двигаюсь к Маркусу.
Морпехи, занявшие опустевшие окопы, перестреливаются с фриками, которые сразу же начали проигрывать — теперь их меньше, оружие и выучка у них хуже, а ещё они не в окопах.
— Ты чего здесь? — спросил я, встав рядом с Маркусом.
На пули нам похуй, поэтому мы даже не обращаем внимания на то, что фрики отчаянно палят в нашу сторону.
— Сара сообщила, что сюда точно придёт Александра, — ответил генерал армий Смит.
К нам подошла дух-лучница. Она вытащила из колчана стрелу, нашла относительно чистый участок земли и начала чертить слова.
«СКОР».
— Чего? — спросил я недоуменно. — «Скоро»?
Лучница кивнула.
Начинаю перезаряжать ручницу. Если придёт Александра, то лучше зарядить пулевой боеприпас. Отдача будет жёсткой, но и эффект охренительный: стальная болванка весит 880 грамм и летит со скоростью примерно 260 метров в секунду.
Если скорость рассчитана верно, то должно получаться 29 744 Джоулей дульной энергии. Прямое попадание в юся-«физика» гарантированно прикончит его, а если на нём будет толстая броня, то очень сильно покалечит. Настолько сильно, что потом можно будет подойти к нему и добить, без какого-либо сопротивления с его стороны.
Лучница наложила стрелу на лук и выстрелила по фрику с подожжённой керамической гранатой. Он рухнул замертво, а через две-три секунды взорвалась граната.
Далее лучница быстро перебила десяток фриков из оставшихся недобитков. Остальных оперативно перестреляли морпехи.
— Занять оборону, сукины дети! — скомандовал Маркус. — Виталик, я хочу убить её лично.
— Камень, ножницы, бумага? — предложил я.
Лучница неодобрительно покачала головой. А Маркус скептически усмехнулся.
— А что? — удивился я. — Или предлагаете устроить турнир за право убить эту тухлую пизду⁈
— Ладно, — сказал Маркус. — Рок, пэйпер, сциссор, гоу!
Он показал бумагу, а я — ножницы.
— Ха-ха! — рассмеялся я.
— Играем до трёх! — возмущённо воскликнул Маркус.
— Уговора не было! — покачал я головой.
— Это не настолько мелкое дело, чтобы решать его с одного раза! — аргументировал Маркус.
— Ну, ладно, — поморщился я. — Но первый считается.
— Окей, — кивнул Маркус.
— Камень, ножницы, бумага, раз-два-три! — отсчитал я и выбрал камень.