Фрики честно пытаются окружить его и завалить телами, но они слишком лёгкие, чтобы это имело шансы на хоть какую-то успешную реализацию…
«Мене, мене, текел, уфарсин», (1) — с ухмылкой подумал Маркус, нанося круговой удар годендагом.
Тот бой, произошедший на оборонительных позициях Корпуса, закончился сокрушительным поражением фриков — они пытались завалить укрепления мясом, у них это даже получилось, но затем Маркус приказал поджечь новый трупный вал и послал морпехов в контратаку.
Меньшая часть начавших заканчиваться фриков сумела отступить, так как вал удалось поджечь не везде, но большая часть так и осталась лежать на передней оборонительной линии.
Потери врага не поддаются подсчётам, а Корпус потерял девятнадцать тысяч восемьсот девяносто одного человека только убитыми.
После таких потерь, по всем канонам военного дела, контратаковать нельзя, но у врага осталось слишком мало сил, нет артиллерии, а в тылах его орудуют выжившие гусары и карабинеры. Дело верное.
— Охуеть! — выпучил глаза Маркус, когда увидел, как сразу сотня фриков взорвалась кровавым фаршем.
— Слишком медленно работаешь, малыш! — сказала ему Гизлан, ворвавшаяся в скопление фриков с княжьим мечом наперевес.
Вокруг грохочут тысячи мушкетов — фрики отступают, оставляя свои паршиво укреплённые позиции.
Морпехи же атакуют в рассыпном строю, выигрывая этот бой за счёт верной тактики, опирающейся на прицельный огонь, а не на синхронные залпы.
Конная артиллерия катится по полю вслед за солдатами, стараясь, при случае, поддержать их огнём.
Там, где вражеский строй прорвали Маркус и Гизлан, морпехи добились наиболее глубокого продвижения и начали разделение остатков вражеского боевого порядка на две части.
«Всего три часа бьёмся, а фрики уже просрали», — подумал Маркус, убивший шипами вражеский расчёт артиллерии.
Артиллеристы пытались навести своё двухцуневое орудие на Гизлан, которая бы точно не пережила выстрел картечью в упор, но не успели и умерли, корчась на десятках длинных медных шипах.
Вот сейчас Маркус жалел, что было подготовлено слишком мало кавалеристов. Позавчера, с продовольственными обозами, прибыло два свежих эскадрона гусар, но этого слишком мало, чтобы эффективно преследовать отступающего врага и наносить ему возможный максимум потерь…
— Сдохни, броук! — вбил в голову жуаньши остриё годендага Маркус.
Остриё надёжно зафиксировалось в черепе, но это его не смутило и он использовал тело в качестве утяжелителя удара.
Упокоенный жуаньши в форме сотника какой-то провинциальной армии «помог» Маркусу расплющить фрика-малолетку, кинувшегося на него с кухонным ножом.
Качество солдат у Порочного Цикла упало катастрофически — похоже, что Александра, после первых двух волн, приказала прислать из северо-западных провинций всех, кто остался.
Тут и массово поднятые жуаньши из гражданского населения, и слишком сильно покалеченные жуаньши-солдаты, и небоеспособные фрики, и слишком юные, и слишком старые…
С такими противниками отлично справляются в ближнем бою и рядовые морпехи, которые и наносят основной урон остаткам вражеской армии.
— Маркус! — окликнула Гизлан увлёкшегося генерала армий. — Тут юся!
Это сразу же его заинтересовало. Сердце забилось чаще, в теле появилась лёгкость и появилось живейшее предвкушение напряжённого поединка.
Но это сразу же заставило его вспомнить о раненом Виталии. Маркус очень сильно переживал за своего белого брата, который, в последнюю их встречу, выглядел очень погано…
— Маркус, да⁈ — спросил юся-фрик, носящий полную латную броню и здоровенный полэкс. (2)
Броня байгуйского типа, но старого образца, не предназначенная для защиты от пуль. У Маркуса появилось желание испытать на этом недоумке свой Биг Факин Ган, но в этом не было никакого спортивного интереса.
«Никаких переговоров с террористами», — не стал ничего отвечать Маркус и взял мисс Гор хватом для колющих ударов.
Он сделал стремительный рывок, проигнорировал удар полэксом по плечу и пробил шипом мисс Гор латную кирасу юся-фрика, а затем повалил его на землю.
— Стой, ха-ха-ха!!! — корчась в экстазе, воскликнул фрик. — Я — новый Господин! Присоединяйся ко мне — вместе мы свергнем Виталия, императора и всех остальных! И будем править Поднебесной, во веки веков!
Маркус выдернул шип мисс Гор из груди юся-фрика, что вызвало неприятный скрежет металла, а затем воткнул этот же шип в смотровую щель шлема фрика.
«Ублюдок сдох», — констатировал он. — «Но нужно удостовериться».
Приставив к башке юся-фрика ручницу, Маркус сделал выстрел. Крупная картечь взорвала голову поверженного врага, разбросав его мозги вокруг.