Сначала девочка просто шла по дороге вперёд, не пытаясь куда-то добраться, - и скоро поняла, что вокруг не меняется совсем ничего – она оставалась на одном месте! Тогда она остановилась и попыталась понять, что же делать, но вдруг увидела вдали тёмное пятно. Это пятно медленно приближалось, росло, и скоро стало понятно, что там движутся в сторону Оты какие-то существа. Чем ближе они подходили, тем сильнее девочку накрывал страх: они были похожи на что угодно, но не на людей. Существо с маленькой головой на двух огромных ногах уверенно шагало чуть впереди остальных. Странные собаки с десятком лап виляли костистыми хвостами. Множество мелких шарообразных существ передвигали одно гигантское тумбообразное. И ещё самые разные, меняющие форму и постоянные, молчащие и звучащие на всякие голоса... Объединяло их одно: у всех были злобные, горящие голодом глаза. Когда Ота уже была готова бежать от этого воинства кошмаров, кто-то положил ей на плечи горячие твёрдые ладони и прошептал: «Не делай резких движений», после чего накрыл её полами своего плаща. Так они стояли долго, а монстры всё шли и шли мимо. Тяжёлая ткань пахла полынью и мятой, пылью, сталью и немного потом. И эти запахи действовали на Оту очень успокаивающе. Наконец, незнакомец распахнул плащ и выпустил её.
- Кто ты, девочка? – Он рассматривал её почти в упор. Ей вдруг подумалось, что такие серые глаза очень уместны здесь. – Как ты попала на Дорогу?
- Я Ота, Ота Астелин. Я не знаю, что такое Дорога и оказалась здесь совершенно случайно, изучая тени.
- Ты ходишь через тени? Кто учит тебя?
- Никто не учит, в моём окружении никто больше не умеет этого. Говорят, у меня этот дар от отца.
- А кто отец?
- Я не знаю.
- Хм... Откуда ты вообще?
- Из Эрита... – и, видя непонимание на лице мужчины, вдруг спросила, - А кто ты?
- Я Смотритель Дороги. Меня называют ещё Серый Князь. Можешь называть меня Аксандриас.
- Что за место такое эта дорога?
- Не дорога, а Дорога. Когда-то давно разрушился родной мир нашего народа, и мы расселились по разным другим. А чтобы было проще находить друг друга, связали их Дорогой. Она проложена на Изнанке миров и всё здесь идёт не так, как там. Можешь считать её связующей нитью или преддверием других миров. А кто-то считает её самым жутким кошмаром. Это личное дело, думать.
- Родной мир наших демиургов тоже был разрушен!
Аксандриас с интересом выслушал пересказ Майриных сказок и задумчиво произнёс: «Возможно, я даже знаю твоего отца... Говоришь, их было четверо? Надо наведаться в Эрита, познакомиться с вашими богами».
- А что это были за монстры?
- Это дурные дела людей так отражаются на Изнанке. Всё, что мы смогли сделать, это собрать их всех вместе и сделать заметными. Так меньше вероятность, что кто-то пострадает, столкнувшись с ними случайно. А когда они идут через Дорогу, я обязательно нахожусь где-то поблизости, так что тебе ничего не угрожало. – Он посмотрел на девочку, которая уже явно боролась с усталостью. – Давай-ка я помогу тебе вернуться домой.
- А мы встретимся ещё? Я подумала... а ты не можешь немного меня поучить? Мне совсем некому объяснить про всё это.
Было ли это влиянием дара убеждения, доставшегося Оте от отца или сам Аксандриас здраво рассудил, что необученная девочка с таким даром может оказаться опасной для себя и других, но он согласился. И на прощание вложил в её ладошку кольцо с ярко-синим прозрачным сапфиром: «С этим кольцом ты всегда сможешь найти меня или даже позвать».
Дома она повесила кольцо на шнурок и спрятала под рубашкой. И долго ещё ощущала горячие ладони на своих плечах, дарящие безопасность среди хаоса, чувствовала его запах.
Глава 11
Протекторат Дени был чудесным зелёным краем. Рай для земледельцев, фермеров и виноделов. Бескрайние луга манили сочной зеленью, поля давали по два, а то и три урожая в год при должном уходе, а звонкие рощи дарили прохладу и россыпи душистых ягод. Всё потому, что род Дени традиционно владел природной магией, и растениям на его землях было очень привольно. Где-то в далёких предках у Верита был слабенький провидец, и теперь протектор, нет, не предвидел, лишь предощущал некоторые события.
Однажды он проснулся и понял, что очень хочет уехать подальше из дома. Очень и очень хочет. Хорошенько разобравшись в себе, он понял, что последний раз чувствовал подобное шестнадцать лет назад, когда пропала Алита. При мыслях о старшей дочери, он судорожно вздохнул, заставляя себя продолжать рассуждать здраво. Трое тогда очень помогли ему, не дали сойти с ума и наделать глупостей. Всё же, он не фермер какой, а протектор, на нём ответственность за огромные территории и всё живое на них. Тогда ему, правда, хотелось не бежать, а, наоборот, запереть дочь и не выпускать никогда... Но, в целом, ощущение было очень схожим. Вывод напрашивался очень простой: нужно хватать в охапку семью... семьи и бежать. И снова возникает вопрос: имеет ли протектор такое право?