- Ребята, не хотите с этим малым побеседовать?
- С этим стриженным? Можно попробовать, – боец, так впечатливший Оту, был коротко острижен, будто уже был солдатом... вот только где, если солдаты здесь – они?
Потом она долго выспрашивала особенности разведения почтовых голубей у торговца, который мало что мог сказать вразумительного, потому что он их только продавал. А разводил не он, а его брат. Просто, в одной семье обнаружились совершенно разные таланты, заводчика и торговца.
Потом она гладила и тискала щенков, которые обещали однажды вырасти ей по плечо, и вздыхала, что вот не завести ей сейчас ни собачку, ни котика. Неподалёку, кстати, продавались детёныши гепардов, и купцы не могли определиться, котята это или щенки. Но, несмотря на эти короткие остановки, Оту словно что-то вело всё прямо и прямо вперёд. Наконец, в конных рядах она замедлилась, начала озираться, словно пытаясь что-то найти.
Торговые ряды упирались в огромный загон, огороженный крепкой изгородью. Вдоль этой изгороди толпились люди, шумели, кричали, подначивали друг друга. Одной, девушке было бы просто не подойти туда сквозь толпу. Но несколько крепких мужчин в солдатской форме гарантировали свободное продвижение где угодно.
В загоне стоял неподвижно, лишь нервно прядая ушами, крупный угольно-чёрный жеребец. При взгляде на него, невольно вспоминались легенды и сказки, в которых силы природы олицетворяли разные животные. В частности, грозу приносил Конь Грома, огромный чёрный жеребец, мощный и неукротимый... почти как этот. От ворот загона хорошо поставленным голосом перекрикивал толпу, очевидно, хозяин этого красавца: «...за три года так никто и не сумел его усмирить! Кому это удастся, тот получит его в дар! То есть, совершенно бесплатно!».
Толпа одобрительно загудела, и к продавцу начали пробираться разные люди, в основном, крупные мужчины. Тот говорил с ними о чём-то и запускал по очереди в загон. Мало кому удалось даже просто подойти к монстру в облике коня. Видя очередного желающего, он начинал вставать на дыбы и скалить зубы. А того несчастного, который сумел всё таки каким-то образом заскочить на его спину, сбросил так резко, что тот явно пожалел об отсутствии крыльев.
Видя, что конь действительно дурной, очередь охотников уменьшилась. Когда к хозяину подошла невысокая девушка и заявила, что тоже хочет попробовать, он нарочито удивлённо воскликнул так, что все снова посмотрели на него: «Девочка! Где твоя няня? Что скажут твои родители, если он тебя прибьёт?!». Он хотел сказать что-то ещё, но за спиной этой самой девочки возникли Йенс, Орес, Олитей и ещё несколько воинов с такими лицами, что спорить ему резко расхотелось. «Делайте вы, что хотите, и не говорите потом, что я не предупреждал», - проворчал он, пропуская её внутрь.
Она сделала плавный шаг в сторону жеребца. Он ударил широким копытом взрытую землю. Она раскрыла ладони, на одной из которых обнаружился кусок яблока. Жеребец всхрапнул и настороженно втянул воздух, когда она сделала ещё один шаг. Он подпустил её на расстояние нескольких шагов и снова поднялся на дыбы потрясающе красивой и ровной свечой. В наступившей тишине какая-то впечатлительная женщина всхлипнула: «Зашибёт же!». Тогда Ота вздохнула: «Слушай. Я понимаю, что ты – Конь Грома, легенда и всё такое. И что ты красавец, каких поискать. Но это для меня ты такой, потому что ты сам меня звал. И наверно, я – твой единственный шанс. Иначе или из тебя дурь выбьют, или на мясо пустят. Хочешь? Не хочешь, знаю, не храпи на меня. Много тут было, кто с тобой разговаривал? Выбирай, хороший мой, или мы с тобой дружим, или я сейчас ухожу. И тогда яблоко ты не получишь». Жеребец возмущённо мотнул головой и фыркнул. Подумал. И сделал осторожный шаг навстречу протянутой ладони с лакомством.
Глава 16
О том, что Ота приобрела себе головную боль, не шутил только ленивый. Араш (так она назвала коня) ожидаемо оказался животиной с очень скверным характером. Кроме, собственно, хозяйки, он признал достойными своего общества Йенса, братьев и ещё почему-то сына одной из кухарок. В результате, именно ему досталось сомнительное удовольствие ухаживать за личной лошадью боевого офицера. А это, как известно, не только повод для гордости, но и полное отсутствие какого-либо режима. Тем более, что спустя какое-то время мальчишке доверили своих коней и вышеупомянутые мужчины.
К слову, Араш оказался создан для того, чтобы стать боевым конём, его даже обучать долго не пришлось: он не только не пугался резких движений, но и с готовностью бросался в атаку сам, словно пьянея от запаха крови и шума битвы. Мог послушно замирать, стоя или лёжа в засаде с хозяйкой, мог неслышно красться, если она того просила, или мчаться во весь опор, догоняя ветер. Но больше всего любил он купаться вместе с Отой в реке. Для этого тоже пришлось выделить отдельное время, и солдаты деликатно отводили глаза, когда она в мокрой тунике выходила из воды. Всё таки, не девка какая, - боевой товарищ.