Ещё очень тяжело давались ей объяснения с семьями погибших воинов. Разве могло пособие заменить родного человека? Впрочем, пособие было очень неплохим, многим хватало, чтобы успокоиться. А как было успокоиться тем, кто шёл с погибшим плечом к плечу, кто грелся с ним у одного костра и ел из одного котла? Кто-то скажет, что они сами выбрали свою судьбу. Но выбирали ли они постоянно терять тех, кто стал почти родным? Сегодня отряду повезло не потерять никого.
Да отряд, действительно, был большой и дружной семьёй. Пусть порой и принудительно дружной. Крупных ссор и дрязг внутри отряда офицеры не допускали, а тем, кто всё же находил повод для скандала и драки, обычно доставалось общее наказание – вычистить конюшни, отремонтировать то, что они сломали в пылу драки... На крайний случай имелся вариант «потренировать Араша» - эта хитрая скотина всё так же подпускала к себе лишь несколько человек.
С такими мыслями Ота шла по улицам города и делала то, что могла. Всегда, с самого начала, ещё Майра учила её делать своё дело – и не лезть в то, чего не умеешь. Хочется – учись, говорила она. А то, что умеешь, делай хорошо.
Ещё Ота хорошо умела драться. Безусловно, её этому сначала научили, а потом стали этим беззастенчиво пользоваться. Когда появлялся желающий вступить в их отряд, этому смельчаку предлагали пройти полосу препятствий и сразиться с одним из офицеров. На любом оружии. Очень часто среди предложенных вариантов находилась и она, всё такая же невысокая и обманчиво хрупкая, хоть и порастерявшая уже свой, не успевший развиться аристократизм. Выбирали её часто, а вот побеждали – редко. Но, что важно, привыкнув к Оте, других женщин тоже начали принимать на службу, а не только для обслуживания обоза и мужчин.
Вдруг она споткнулась на ровном месте и, подняв глаза, не сразу осознала: город и его пострадавшие жители для неё сегодня закончились. Девушка стояла перед разрубленными крест-накрест воротами и не хотела даже предполагать, какой силищей обладает тот, кто это сделал. Орес же осторожно потрогал края досок и со знанием дела протянул: «Топором... Это будет интересный соперник!». После чего решительно ухватил подругу за руку и потащил обходным путём, чтобы она не видела снова этих несчастных людей, к коновязи. Пора было обживаться в новом месте и отдыхать.
В городке, что по соседству, их ждал тихий дом, в котором Ота сможет пережить сегодняшний день и вернуть себя прежнюю – яркую и сильную, ранимую и нежную, противоречивую, но всегда – неудержимо живую.
А пока она ехала рядом с ними и не особо смотрела по сторонам. Не видела, толп народа вдоль улиц, не видела, как встречающие бросали под ноги коням цветы, не слышала, как выкрикивали слова благодарности. Не видела белые колонны Храма Великой Матери, где воспитывали лучших лекарей обоих полов. Не видела, как Олитей напрягся и внезапно больным взглядом всмотрелся в эти колонны... А если бы и увидела, то уже ничего бы не смогла изменить. Случилось то, что было предначертано.
Ночь прошла...преступно быстро, отдохнуть Ота не успела. Потому что с первыми лучами Йенс поднял их на тренировку. А после тренировки Олитей куда-то ушёл. Ну, ушёл и ушёл, что ж сейчас? Занятий хватало, чтобы ещё и за братом следить.
Вернулся он после обеда, растрёпанный и счастливый. Вытянул из-за спины девушку в платье послушницы Великой Матери и сказал: «Это Алента. Она моя пара и будет жить с нами».
Орес молча смотрел. Ота зашипела разъяренной кошкой: «Ты повредился умом? Послушница?! Тебе девок мало?! Да лучше бы ты опять обрюхатил жену городского главы! Оли, ты что, не понимаешь, что против Храма даже нам не выстоять? Ты подставляешь под удар всех! И нас! И войско, которое лишится победного стяга!»
Ол ответил просто: «Она – моя пара. Если ты, Ота, этого не чувствуешь, то должна хотя бы понимать». Ота вылетела из комнаты, а Орес задумчиво смотрел на Оли и его пару. Хорошенькая рыжеволосая девочка, молодая совсем, наверняка, первое совершеннолетие недавно встретила. Она пряталась за плечом Олитея, двумя руками держась за его же ладонь. «Вот как оно бывает...», - подумал он. А вслух сказал: «Здравствуй, девочка. Пара – это очень серьёзно, и всё же... Она права. Ты сошёл с ума, брат, и теперь у нас у всех будут проблемы». И тоже вышел.
Оту он нашёл в конюшне, она сидела на соломе в деннике любимого чёрного зверя и негромко рассказывала коню что-то. Араш понимающе фыркал и толкал её носом в плечо: не грусти, подруга, всё образуется. Орес зашёл и сел рядом с ней. Какое-то время все трое молчали, Ота не выдержала первой: