Амара невольно все время забирал вправо, в открытое море, теряя берег-ориентир. И Радж поменялся с ним местами, держал его слева и время от времени прижимал ближе к берегу. Подводный компас был только у Раджа. Но скоро и сам Радж повернул в море на большую глубину, потому что увидел железный строп, который тянулся со дна, должно быть от якоря, на поверхность. Что это такое? И только всплыв, увидели предупредительный буек из бочек. Значит, они доплыли до запретной зоны?.. А где же сеть? Никакой сети между буйками не натянуто, дельфинов тут держать не могут.
«Куда теперь?» – прижался Амара стеклом маски к Раджевой, спросил глазами. Радж показал рукой: «Ближе к берегу!» Он и не думал обходить запретную зону.
Держались у самого берегового обрыва. Глубина все увеличивалась, очертания дна внизу растворялись в фиолетовом мраке. Стена пошла очень неровная, с впадинами и расщелинами, каждый ее сантиметр зарос цветными кораллами, губками, актиниями, устрицами. Из норы выглянула длинная и толстая в пятнах мурена. Ушла назад в нору, загородила вход, раскрыв зубастый рот. Амара не выдержал, ткнул в нее штоком, чтоб она схватила его, но та испугалась, отступила глубже. Радж показал ему кулак, и Амара пустился догонять его.
Доплыл и видит: Радж что-то внимательно разглядывает в зарослях мандрапоров на стене. «Гляди…» – показывает. Сверху, с поверхности моря, тянулись вниз три провода, два толстые, в черной резине, третий – более тонкий, свитый из двух нитей. Радж попробовал их штоком – натянуты туго. Показал Амаре жестом – плыви вниз – и первым нырнул туда головой, заработал ластами.
Они опускались вниз, а навстречу всплывали, а может, так лишь казалось, парализованные рыбы – одни боком, судорожно двигая хвостом, другие вверх брюшком. Под берегом почему-то не темнело, а светлело, и это интриговало, настораживало. Вот уже и то, что светилось, приобрело очертания неровно придавленной арки, входа в грот.
Какая-то тревога, неуютность овладели парнями. Захотелось оглядываться во все стороны. Тревога эта будто сверлила мозг, в голове забилась, пульсируя, распирающая ее боль. В ушах зазвенело и закололо. Каждый думал, что это только у него болит, ничего не говорил другому. И вот увидели заслон, сотканный из бесчисленного количества сверкающих воздушных пузырьков. Будто сотни пулеметов, поставленных на дно в ряд, неустанно стреляли вверх сверкающими круглыми пулями. На линию огня, под очереди трассирующих пуль попал большой окунь – и вмиг развалился на куски. Эти куски шевелились, дергались вверх-вниз, попадали под новые пули и распадались на более мелкие.
«Назад!» – задергал Амара за плечо Раджа. Но тот упрямо завертел головой, подвернул ногу, чтоб выхватить крис. И тогда Амара рванул его за плечо сильнее, повернул лицом к себе, постучал пальцем по голове: «С ума сошел?» Показал на свои уши, схватился за голову и поплыл прочь, к выходу на поверхность. Радж немного проплыл за ним, потом отстал, поймал левой рукой провода. Поплыл вверх, пропуская провода через кулак. Шток мешал, и Радж засунул его за пояс, а крис все-таки вынул, держал в правой руке, собираясь резануть по проводам. Амара, оглянувшись, замахал ему руками, сложив их крест-накрест: «Избави бог!» Радж неохотно выпустил провода, неохотно спрятал нож. Но вдруг заработал руками быстро, опередил Амару, на ходу показывая, будто просовывает нитку в иголку и ведет пальцем по нитке. Амара понял: быстрей плыть к тому буйку на железном стропе.
И, казалось, выплыли уже на линию того буйка, а покрутились, пока увидели его. Вынырнули, схватились за ржавый железный прутик, один из двух прутиков, которыми соединялись торцы бочек. Разом сорвали маски, вырвали загубники изо рта…
– Все понял? – Радж поплескал в лицо водой, провел рукой по нему, смахивая капли.
– Не все…
– Пещера у них там, под берегом! – почти крикнул он.
– Тихо!.. И придумали заслон – пузырьки. Не простые пузырьки… Видел, как окунь развалился? У меня голова раскалывается, и чувствую себя плохо.
– И у меня с ушами что-то… Ближе подплыви, чтоб не кричать. Теперь понятно, почему полиция не нашла дельфинов. Они в пещере, за заслоном из пузырьков! Их в пещере и хотят использовать… Судир обучал их нырять с ковшами, черпать и выносить песок.
– Те, из лагеря, думают, что в пещере на дне золото есть.
– Ух, это золото!.. Если б мог, собрал бы его – все! Со всего света! И утопил бы в самом глубоком месте океана.
– И с этим, думаешь, зло исчезнет? – иронически усмехнулся Амара.
– Если не все, то на три четверти – обязательно.
– Тот сток из озера попадает в пещеру, не иначе. Так неужели и тело Янга там?
– Я еще под водой об этом подумал, хотел шарахнуть ножом по проводам – и туда…
– Ну да! Они же под током! Слышишь, работает двигатель.
– Кажется, слышу… – Радж повертел пальцами в ушах. – А меня током не стукнуло бы… Проверено: деревянная ручка ножа – изолятор.
– Изолятор… Ручка же мокрая!.. А ты знаешь, что потом могло случиться? Те, в лагере, сразу бросились бы искать повреждение и застукали бы нас.
– А дельфины за это время – фью-ють!
– А тебя ножом под ребро – и фьють на дно!
– У меня тоже ножичек неплохой. Конечно, не такой, что лезвием стреляет, но…
– Сколько людей в лагере, ты знаешь? Нет… Думаешь, они церемониться будут с нами, если узнают, что их махинации раскрыты? Сюда надо являться с отрядом полиции, либо… Чтоб сразу всех накрыть… И пещеру эту обследовать.