Я грустно покачала головой:
- В старом городе школы похожи на замки, сплошные фонтаны, сады и драконы.
- Не нужно сравнивать, - ответила Матильда и как-то странно прищурилась. - Вы живете в ином измерении.
"Как в точку!" - подумала я.
Стадион гудел, трибуны колыхались, взъерошенные детские макушки выплескивались из бурлящей массы, но помаячив, оседали.
- Нам сюда! - приказала Матильда, и вслед за ней я протиснулась к левой трибуне.
Старшеклассники послушно расступились, оглядели меня с ног до головы.
- Мадам Матильда, - решилась одна из девиц. - Вы привели к нам новую учительницу?
- Мадам Арина - офтальмолог и у нее профессиональный интерес, - весомо изрекла Матильда и сделала серьезное лицо, предупреждая все дальнейшие вопросы.
Девица хмыкнула и отвернулась, а в центре стадиона нарисовался дуэт из грузной дамы и плечистого красавца.
Матильда криво усмехнулась, зашептала мне в самое ухо:
- Директор школы и физрук. Смотрите, вырядились, словно попугаи, даже футболки одинаковые нацепили!
- Доброе утро, ребята! - начала необъятная тетка. - Осенний турнир "Веселые старты" объявляю открытым!
Стадион захлопал, загудел, я завертела головой, пытаясь просканировать трибуны. Получалось это плохо, потому что в глаза мне светило высокое солнце, а зрители метались и галдели, сбивая ракурс, путая картинку. Моя затея обнаружить Ваньку окончательно провалилась, едва физрук дал знак к началу стартов. В тот же миг стадион заходил ходуном, завопил на все голоса и смешался в единую пеструю массу.
- Что скажете? - Матильда с интересом вглядывалась мне в лицо. - Как вам наш жеребец?
Только тут я заметила, что стадион опустел, и лишь у выхода топчется кучка подростков.
- Вполне, очень даже вполне... - от огорчения хотелось плакать, не оставалось сил даже подняться со скамейки.
Все напрасно! Вся авантюра оказалась бесполезной! Я не встретила Ваньку и не узнала о нем ничего! Что теперь остается? Ходить под забором? Заглядывать в окна? Ведь к этим детям меня не подпустят, это уж будьте любезны! Здесь не тот контингент, чтобы общаться с кем попало, здесь прячут тех, кто представляет явную угрозу, кто подрывает местные устои. Здесь собраны дети, которые помнят! О да, эти дети прекрасно все помнят! Я читала по их выражению лиц, по глазам, по случайному робкому жесту, я ощущала каждой клеточкой души, что странным образом проникла на стратегический объект.
- Вы расстроены! Вам не понравился мой протеже! - Матильда выглядела потрясенной. - Очень странно: он нравится всем. Его хотят заполучить абсолютно все женщины! Нет, что-то с вами не так! А может, вы его просто не разглядели? Ну, конечно, не разглядели - он же стоял у восточных трибун! Давайте, я вас познакомлю!
И не слушая дальнейших возражений, она потащила меня в школьный сад.
- Ждите здесь! - она ткнула пальцем в кусты и с удвоенной прытью поскакала к дверям интерната.
Я опустилась на скамейку, сцепила руки в замок, обреченно вздохнула.
Какой бессмысленный и бестолковый день! Вместо того чтобы искать Ваньку, наводить справки о муже, я сижу тут под липой, жду, когда меня представят местному кобелю, который страсть как уважает образованных девиц спортивного телосложения! Сейчас начнет тужиться, выдавать весь арсенал приличных анекдотов, сыпать армейскими каламбурами и байками из жизни футболистов. За что мне, Господи, за что? Ну, почему я отпустила Ваньку одного, зачем сняла с него браслет? Что, трудно было оторваться от дивана, спуститься во двор, самой купить эту чертову карту? Сижу теперь, глотаю слезы, представляю, как где-то страдает мой сын...
- Добрый вечер! - раздалось у меня за спиной, и я невольно хрустнула костяшками. - Простите, не хотел вас напугать.
Ко мне подсел мускулистый шатен лет тридцати пяти загорелый ухоженный и безупречно красивый.
- Ну, все! - в душе оборвалось. - Уж этот точно идиот! Такое оперение с мозгами редко дружит!
Должно быть, мне плохо удавалось прятать свои мысли, потому что плечистый вздохнул и печально изрек:
- Ну, не такой уж я тупой!
- Я ничего такого не сказала!
- Да бросьте, еще секунда, и вы завоете с тоски.
- Неприятности на работе, - соврала я зачем-то.
В самом деле, зачем обижать человека! Может, он не мудрец, но ведет себя просто, проявляет сочувствие, даже симпатию. Ну что ж, не повезло ему с мозгами, не все рождаются Эйнштейнами! Разве он виноват, что родился спортсменом? А может, у него красивая душа, может, он любит романсы и пишет стихи?
- Не пишу я стихов! - заявил мускулистый, чем окончательно меня добил. - Давайте знакомиться: меня зовут Матвей.
- Арина, - просипела я, закашлялась и густо покраснела.
Матвей переждал весь этот приступ суеты и произнес миролюбиво:
- Не бойтесь, я не террорист. Матильда развернула бурную деятельность: решила свести нас, во что бы то ни стало. Не побоялась даже Рапторов! Давайте не будем ее огорчать: поговорим для порядка и мирно разойдемся.
- Давно здесь работаете? - спросила я больше из вежливости.
- Два года, - любезно ответил Матвей.
- А до этого служили кем?
- До этого я жил по ту сторону Грота.
- Понятно, - вздохнула я. - Значит, два года - это все, что мы помним....
- Нет, не все. До Грота я работал программистом.
Я машинально кивала в ответ, пытаясь сосредоточиться на словах Матвея, но только глубже уходила в собственные мысли.
- Вы хотите сказать, что программист может стать физруком? - произнесла я почти механически.
- Вполне объяснимо: здесь программисты не нужны ввиду отсутствия компьютеров, а физрук из меня хоть куда - в прошлой жизни я занимался разными видами спорта, по некоторым даже имел разряд, - улыбнулся Матвей и уставился на меня с явным любопытством. - Значит, вас удивило, что я стал физруком, и совсем не удивило, что я помню всю жизнь по ту сторону Грота?
Возникла неловкая пауза, во время которой я тщетно пыталась придумать ответ, который объяснит мою оплошность и в то же время не разоблачит, не выдаст всех моих секретов. Так не хотелось доверяться незнакомцу, рассказывать ему, что я тоже все помню! Здесь откровенность не в почете и ни к чему хорошему, как видно, не приводит!
- Не переживайте, я никому не скажу! - шепнул Матвей и хитро подмигнул мне левым глазом.
- Здесь все такие же, как вы?
- Нет, нас таких совсем немного (если вы о взрослых), а вот дети здесь учатся весьма необычные.
- Насколько необычные? - спросила я.
- По-разному.... Одни помнят все, другие частично, у третьих странные видения, то ли из прошлого, то ли из будущего, - тут Матвей улыбнулся, похлопал меня по руке. - Ваш сын тоже здесь.
- Ванька! - охнула я.
- Не шумите, вы привлечете внимание! - Матвей поднялся со скамейки. - Давайте прогуляемся по набережной! - Он глянул на часы, потом на окна интерната. - Рабочий день закончился, и я могу проводить вас домой.
- Я живу в старом городе..., - начала я извиняющимся тоном.
- Знаю, - просто ответил Матвей. - Здесь агентура - высший класс! Вы даже не представляете, как много я о вас узнал! Новички у нас тут вроде сериала, ну, а счастливцы, которых забрали в старый город - настоящие звезды!
- Тогда идем! - заторопилась я. - Чего же вы стоите!
- Да не спешите вы так! - рассмеялся Матвей. - Я, конечно, спортсмен, но не самоубийца и не экстремал! Сейчас покажу вам лазейку в ограде, и мы спокойно отсюда уйдем, не привлекая внимания общественности. Нам ведь не нужны проблемы с законом?
Он сделал несколько шагов и обернулся:
- Ну что, идете или нет?
Я бросила прощальный взгляд на окна интерната, за одним из которых томился мой сын, и вслед за Матвеем нырнула в кустарник.
Еще пара шагов, и перед нами вырос частокол, заплетенный орешником и виноградом.
- Издалека не разглядишь! - произнесла я восхищенно.