Выбрать главу

Узнав нечто новое, наспех разложив по отсекам своей памяти всё то, что требовалось упорядочить, любопытный Художник ввёл то самое число в древний онлайн-калькулятор RGB. Любому нормальному человеку показалось бы, что в результате ничего особенного не проглядывалось, но разгорячённый и впечатлительный разум восходящего творца видел картину происходящего на мониторе по-своему. Это примитивное действие послужило началом необратимому процессу, в будущем перетёкшему в череду удивительных и ужасающих событий.

То, что предстало его взору, могло послужить ключом к разгадке всего, что с ним творилось. Правильной была эта информация или нет… Художник думал о своём. Он полагал, что видел лучше, яснее других.

Квадраты – индикаторы получившихся цветов, выглядели следующим образом:

Текущий цвет: белый.

Инвертированный цвет: чёрный.

Обратный цвет: белый.

Любой программист или математик от всей души бы посмеялся над незадачливым мальчуганом, мнящим себя гениальным. Логическая цепочка, интуитивно-мистическим образом выстроенная юным Художником, довольно сильно походила на бредни воспалённой фантазии, но полученная информация резким скачком эволюционировала в его личную навязчивую манию.

Чёрное, белое / белое, чёрное.

Квадраты в окне интерфейса калькулятора вынудили Художника задуматься о тех загадочных воронках, которые он то и дело бессознательно рисовал, словно его зомбировала некая потусторонняя сила. Чёрно-белая последовательность, пропущенная сквозь фильтры его восприятия, представлялась ему внеземными звуками неописуемых вибраций. Эти звуки, недоступные простому человеческому уху, нельзя было услышать в физическом мире, но казалось, что их своими пульсациями порождало нечто живое. В каком-то смысле даже более живое, чем что-то органическое и материальное, включая его самого.

Эврика!

Белые и чёрные изгибы в его рисунках чередовались по принципу филлотаксиса – спиральности, характерной для проявлений самой сущности жизни.

Информация всё глубже пускала свои корни в юнца, полностью подчиняя его волю: рост тканей стволов деревьев, движение протоплазмы, рост клеток организмов, закручивание усиков и расположение семян растений – всё есть спираль.

Новообретённые знания внутри головы юнца шептали, что он находится на верном пути, дабы создать Нечто и воплотить странную мечту всей своей бренной жизни в реальность. Загадочные воронки были всем для него: истиной, робко открывающейся лишь ему одному; алефсией, закрученной и смешанной в абстрактной бесконечности бурного воображения юного Художника, как в блендере, и реализованной на бумаге.

Внушало сомнения только то, что он понятия не имел, каким образом в нём зародилась эта идея… Была ли идея его собственной? Кто или что внедрило её в него?...

…но эйфория быстро приглушила сомнения.

Всякий раз, когда на его глаза опускался занавес век, он будто начинал слышать музыку: приятный консонанс, мягко и плавно трансформируемый его воображением в радужное калейдоскопичное свечение фракталов, сулящее подобие внутренней гармонии. Хотя бы временной.

*** *** ***

Урок подошёл к концу, оставив после себя двойственные ощущения с ярким послевкусием помешательства и долгоиграющее учащение пульса. Воодушевлённый Художник старался не подавать вида, что сегодня у него выдался на редкость удачный день. Несвойственные ему проявления радости однозначно привлекли бы к себе нежелательный интерес одиозных персон.

К великому сожалению, маленький личный праздник не осчастливил парня привилегией находиться вне внимания сладкой парочки грибных обормотов, которые докапывались до него со своими провокационными расспросами на предыдущей пыточной перемене.

– Чё, опять пиструн теребил под партой? – в очередной раз прицепился Альфа-Болван с петушиной стрижкой.

– Дрочер еб***й! – высоким голоском подстрекал шакаловидный Бета-Болван.

На сей раз их наркотическое опьянение выражалось в куда более заметной форме: налицо повышенная температура тела, озорные и исполненные наглости зрачки расширились и противоестественно сверкали, а на уголках их ртов виднелся белый крап подсохшей слюны. Это были уже не люди, а опасные и непредсказуемые животные.