Ей стало трудно дышать. Пат боялась заговорить, потому что знала — сейчас разрыдается.
— Я восторгаюсь тобой, не сомневайся в этом. Если ты решишь провести здесь ночь, то должна знать: я разделю ее с тобой. — Его глаза сверкнули. — Я воскресаю каждый раз, когда ты рядом. Так не может продолжаться вечно. Ты доведешь меня до нервного срыва. — Марио обезоруживающе развел руками.
— Это новая выдумка, чтобы заставить меня уехать? Каждый в состоянии контролировать свои чувства… — Пат не закончила, поймав себя на мысли, что как раз сама-то она совершенно бессильна.
— Не всегда, дорогая. Порой… — Марио картинно поджал губы, — порой наше страстное «я» восстает против строгого контроля. Это то, что случилось со мной, что случилось с тобой.
— Нет! — резко возразила она, — Нет! Со мной, нет!
Он красноречиво пожал плечами, на лице его явно читалось недоверие.
— Что касается меня, я увлечен тобой, как дурак. Пойми, я должен обладать тобой. И если ты не уедешь, то станешь моей, потому что я не в состоянии справиться с собой! — Слабая улыбка тронула его губы.
— Я не верю тебе, — выдохнула Пат. — Это просто твой каприз. — Она старалась выдернуть свою руку и отойти подальше. — Ты не можешь… ты не должен…
— Не могу? — Он быстро встал и прижал ее к себе. И прежде, чем Патрисия смогла сообразить, что к чему, положил ее руку между ними, чтобы она могла убедиться в подлинности его страсти.
— Немного грубый способ доказательства, — хрипло произнес он, задерживаясь взглядом на ее полуоткрытых губах, — но как еще я могу убедить тебя?
— Пожалуйста, — взмолилась она тихим срывающимся шепотом. — Слай…
— Понимаю, — прошептал он, нежно касаясь поцелуем шеи, — могут услышать? Увидеть?
Она поникла в его руках, теряя последние остатки воли, и слабо кивнула, изо всех сил борясь с желанием обнять Марио, обхватить сильную шею… но вместо этого оттолкнула его резким коротким движением в грудь.
Пат постаралась перевести разговор на практическую тему.
— Я хочу позвонить матери, — заявила она.
— Сообщить ей, что ты собираешься со Слаем домой? — спросил он, опуская руки на ее бедра, медленно лаская их и пробуждая в ней неистово-сладостное наслаждение.
Она почти собралась сказать «да», но вдруг осеклась. Патрисию осенило, что Марио нарочно провоцирует ее, добиваясь полного подчинения. Марио хочет, чтобы она испугалась и уехала. Тогда он без промедления вступит во владение наследством. Что ж, в изобретательности ему не откажешь… Все эти объятия тоже сплошные ухищрения. Он прекрасно понимает, что она будет шокирована и не выдержит.
Разумеется, она сама стремилась уехать, но не хотела, чтобы ею так бессовестно манипулировали. Братья и так уже слишком преуспели в этом, обиженно подумала она.
Эдди всю совместную жизнь лгал ей, болтал, уговаривал, а она верила всему, попавшись на удочку его красноречивых заявлений. Один брат уже сделал из нее идиотку. Теперь за нее взялся второй…
— Я скажу маме, что мы со Слаем остаемся на пару дней, — не дрогнувшим голосом сообщила она. — Тогда у нас будет время все хорошенько обдумать. Давай не будем торопиться.
В конце концов он ведь не собирается насиловать ее, заставлять делать то, что она не хочет? Зачем ему лишние сложности в жизни? Нет, надо определенно взять себя в руки…
— Я не понял, радоваться мне или огорчаться? — спросил Марио, обезоруживающе улыбаясь. — Но полагаю, что все имеет свою оборотную сторону. Как говорят, каждая тучка имеет серебряную подкладку.
— И эта туча обрушится на твою голову, если ты не перестанешь тискать меня. — Она вымученно улыбнулась.
Марио засмеялся, словно услышал что-то приятное.
— Где у тебя телефон? — спросила Пат, сдерживая страстное желание сказать: «поцелуй меня».
— Воспользуйся вот этим. — Марио кивком головы указал на аппарат, стоящий на столике около окна, — тогда тебе не придется выходить и беспокоиться, что ты оставила сына одного.
Стараясь держаться как можно спокойнее, надеясь, что ей удастся скрыть волнение, она подошла к телефону и сняла трубку.
Закончив разговор, она вопросительно посмотрела на Марио.
— Моя мама говорит, что на наш счет поступило двадцать тысяч?
— Она очень наблюдательна.
— Перестань шутить! Я думаю… я думаю, что это мог сделать только ты. Что это все значит?
— Мой братец был патологически скуп по отношению к тебе. Это не делает мужчине чести, если он не заботится о матери своего ребенка. — Марио с симпатией взглянул в изумленные глаза Пат. — Думаю, будет справедливо, если ты получишь что-то из его денег, прежде чем проворная Мария приберет их к рукам. Я не знал номер твоего личного счета, но моя секретарша сообщила мне реквизиты банка, обслуживающего ваше предприятие.