— Домой! — Скомандовал Арне, не желая терять больше времени.
Забраться на коней оказалось целым делом. Сперва Арне отдал малышку Гримнице и вскочил на коня сам, чтобы потом взять у нее ребенка. Но тут оказалось, что мелкая Гримница сама на коня не влезет, не говоря уже о том, чтобы подсадить Миру. Пришлось снова передавать Висю, спрыгивать… В конце концов, Арне сумел побороть волнение и сообразил, что девочку можно выпустить из рук. Положив крошку на землю, он сперва подсадил на коня жену, потом посадил перед ней Миру, лицом к княжне.
— Держись покрепче. — Велел он девочке, но та только шмыгнула носом, глядя исподлобья.
Потом Арне передал Гримнице в руки малышку. Сев на коня, он подъехал как можно ближе, чтобы забрать Висю обратно, но это оказалось непросто. Когда после нескольких попыток им удалось устроить девочек, они шагом двинулись в сторону жилья.
— Может, поспешим? — С тревогой спросила княжна, глядя на девочек.
— Не знаю, что хуже: растрясти или промедлить. — С горечью ответил Арне, сожалея, что никогда не был способным к лекарским наукам. Девочка на руках казалась невесомой. И Арне в который раз задумался о том, что король печется о благе всей страны, он Арне — выполняет присягу, следуя приказам короля… Только почему же каждый раз на душе так паскудно?
В пустынное село выехали шагом. Увидев, что хозяин везет детей, старый солдат, все так же приглядывающий за "хозяйскими" вендами, приоткрыл дверь в дом и что-то крикнул. Из двери, на ходу подтягивая штаны, выскочило два подростка и бросились в разные стороны. Один — через село, в сторону реки, а другой — чуть ли не под копыта коням.
— Тпрр-у-у! — Арне едва успел остановить коня. Натягивать поводья, держа на руках бесчувственного ребенка, оказалось непростым делом. — Куда прешь?! Твое счастье, что мы шагом ехали!
Но мальчишка, казалось, совсем его не слушал. Он напряженно вгляделся в лица девочек, помотал головой, словно не веря, и отошел.
— Не мои… — С горечью ответил он на незаданный вопрос и пошел прочь по улице, понурив голову и пиная камешки.
— Значит, завтра возьмешь деда и Яна и пойдешь искать в лесу твоих! — Крикнул ему вслед Арне. — Эй, и знахарку позови, срочно!
— Ясько позовет! — Не оборачиваясь крикнул тот в ответ, переходя на бег.
— Что с детьми, господин? — Солдат спешил навстречу, протягивая руки, чтобы принять ребенка. Мира, увидев еще одного заксонского солдата, разревелась в голос, пытаясь спрятаться у Гримницы на груди.
— Оголодали, перепугались и Творец знает, что еще. — Проворчал Арне, примериваясь, как бы получше спешиться.
— Тэде, подожди! — Окликнул он солдата, который намеревался уже нести девочку в дом. — не пугай малышку еще больше.
Он кивком указал на зашедшуюся плачем старшую девочку. Пожилой мужчина только покачал головой, но безропотно отдал девочку спешившемуся хозяину.
— А мать где? — Спросил он, на всякий случай понизив голос.
— Потерялась при бегстве.
Солдат Тэде только покачал головой, открывая рыцарю дверь в дом. А там их уже ждала Красава. Женщина стояла сразу за порогом, прижимая к себе новорожденную.
— Это что ж пан задумал? — Возмущенно спросила она. — И так друг у друга на голове сидим, а пан сюда еще детей тащит. А если больные чем? А если заразные?
Опешив от такого напора Арне остановился. Нет, он, конечно, знал, как разговаривать с крестьянами, и как окоротить зарвавшуюся бабу тоже знал. Но не заводиться же со вчерашней роженицей, когда у тебя самого на руках ребенок в беспамятстве.
— Постыдилась бы, Красава. — Из-за спины Арне вышла княжна, укоризненно качая головой. — Это дом деда Радка, где тебя с детьми приняли…
— А нечего было мой дом палить! — Возмутилась молодуха, продолжая стоять в пороге.
— Так, хватит. — Арне плечом отодвинул женщину и прошел в дом, поспешив уложить малышку на широкую лавку. Кивнув жене, чтобы позаботилась о старшей, зачерпнул воду из ведра и выбрав деревянную ложку поновее, стал капелька по капельке вливать девочке в рот воду.
Старшая девочка, оглядевшись, немного успокоилась. Видно, поняла, что привезли ее эти странные люди не к страшным заксам, а в обычную хату, похожую на родной дом. Увидев на столе накрытое тряпицей корыто с хлебом, Мира потянулась к еде.
— Хле-ебек! — Несмело попросила она, поочередно поглядывая на взрослых.
— Сейчас, хорошая моя… — Гримница кинулась к столу, но была остановлена окриком мужа.
— Нет!
— Почему? — Не поняла княжна, возмущенно оглядываясь.