— Ну, раз без Бэ, то прикройтесь! Я ведь ещё женщина и вид голых людей меня возбуждает. — говоря, Тамара накрыла парочку простынёй.
— Ма, есть скорбная весть для тебя. Родителя моего убили прошлой осенью. — всё-таки встав с ложа, и накидывая халат с дыркой на груди, (Любая одежда может быть модной, если вам похуй.) сообщила дочь. — И, как нам стало известно, он хотел жениться на тебе, но тёмные силы его злобно угнетали.
— Тёмная сила — это моё пьянство? — приложив руку к губам, искривлённым скорбной новостью, спросила мать.
Ксения, отправив парня подмываться, начала подробно рассказывать матери о судьбе родителя, закончил рассказ сын, так как Ксюше необходима аналогичная гигиеническая процедура. Во время ужина, Тамара достала свой НЗ водки, налила её по трём чаркам и предложила помянуть Линькова. Дочь и сын выпили по половине стопки, а Тамара ещё трижды опрокидывала горькую. Чем больше она пила, тем больше пьянела и повествуя о своей жизни, кляла себя.
— Никого я не любила, дети мои. Никого. Даже себя, получается, не любила. Жрала эту гадость, — женщина подняла стопку с алкоголем, — дожидалась веселья. Хрен там! Чем больше пила, тем горше становилось утром. И эту горечь опять заливала…. Знайте меру, доченька, сынок. Ну и раз поминаем человека, то надо сказать о нём хорошее. Отличный был парень… и любовник твой отец, Ксюнь. Жадный немного, но это, наверное, неплохо… а можа я жадная была тогда. Да, я сама виновата, просила цацки ненужные…. А красавец какой…. Ты в него пошла, доня.
— Ты больше не встречала его?
— Встречала…, встречала пьяная я скотина. И в бóшку ничего хорошего в такие времена не приходило… только блядский гонор: "Видишь, — мол, — живу, радуюсь жизни! Не померла без тебя, папенькиного сыночка!". Он уходил…, а я с мужиками, как лошадь ржала… тварь я последняя…. Не успокаивайте меня, дети! Дайте выплакать…
Тамара опустошила бутылку, посмотрела на детей, попросила сына сходить за добавкой. Парень взглянул сестре в глаза, та отрицательно повертела головой. Мать сейчас находится в таком состоянии, что может не отличить алкоголь от воды. Она долила в бутылку воды, налила в стопку матери и произнесла тост.
— Поминаем Владимира Даниловича. Вот что хорошее мне о нём известно! Он был верным супругом, хорошим отцом своим детям. Умелым и правильным руководителем. Он постоянно думал обо мне и под конец жизни завещал некоторую сумму. Земля пухом тебе, родитель… папочка. Мам, по последней…
— А чего это по последней?! — на кухню ввалилось рыжее пьяное лицо Светки. — Вот у меня ещё есть. И мужа себе я нашла. Проходи, Толик. Знакомься….
— Я Анатолий… — пьяный мужчина видимо некоторое время валялся на грунте — грязь на одежде, конечностях свидетельствуют об этом. Да и сестра в аналогичном виде. — Мы пришли за свиде…
— За чо пьём? — Светка толкнула попкой мать, подвинула её на лавочке.
— Светка, маме уже хватит. — попытался образумить сестру парень.
— Хто така мама…? А! Томка? Она может и не одну…
— Светка, или мотай отсюда, или ложись спать. Тебе тоже хватит! — сказала Ксения.
Конечно она знает, что ограничивать Светкино потребление чего-либо, не следует. Но Ксения специально напрягла обстановку. После которой произошла стычка — в предыдущих всегда побеждала Ксения. Светка оказалась в застенке, её "муж" вместе бутылкой водки отправлен куда он пожелает. "Застенок" всегда оказывал влияние на Светлану как вытрезвитель. Она побушевала с полчаса, да там и уснула.
Пьяная Тамара конечно хотела быть справедливой, обсудить ситуацию "по нормальному", но взглянув в глаза старшей дочери, замолчала. Слёзы вновь потекли из её глаз, она говорила, что хочет счастья всем своим детям. Что Ксюша и Саша молодцы, нашли общий язык. А вот Светочка тоже хочет семейного счастья, а ей это запрещают. И кто? Извращенцы! Да! Дочь ебёт брата. Сын ебёт сестру. В мире полно людей, а эти извращенцы сношают друг друга. И что? Если она тоже захочет создать семью, её тоже в застенок? У-у-у, ироды! Только о себе думают, поганцы — братоёбка и сестроёб.
Дети уже привыкли к таким ворчаниям пьяной матери, убрали со стола. Затем повели её мыться — гигиена перед сном была общим бзиком всей семьи. Какая бы, пьяная не возвращалась мать, она всегда подвергалась омовению Ксюшей.
Тамара стояла в ванной, Ксюша поливала её и смывала дневной пот. Мать попросила так же помыть её волосы — сегодня на работе проводили уборку оборудования. Вся пыль, ссыпавшаяся с вентиляционных систем, осела на теле и в волосах.