— Серёженька, здравствуй, милый мой сынок. А возмужал-то как. Прав был батя, что заставил тебя служить! Вон какой мужик вымахал. Знакомься, это соседка моя, Любовь Анатольевна.
— Здравствуй…, защитник. Можешь обращаться запросто — Люба.
Трудно смотреть в глаза женщине. Особенно если перси её нагло оттягивают взор на себя.
— У вас там букашка ползёт… — глядя на белизну грудей, сказал парень. — Вот совсем спряталась.
— Неохота перчатки снимать. У тебя руки вроде не так грязны, будь добр, помоги вытряхнуть. — смотря в глаза, однако не упуская периферический обзор на мотню штанов Серого, попросила нимфа.
Сергей ещё раз провёл ладонями по своей футболке, отогнул чашечку Любиного лифчика, достал грудь и поймал муравья. Затем аккуратно поместил сиську в бюстгальтер, не упустив возможности поддеть крючком пальца столбик соска.
— Это на какой же службе обучают так бережно обходиться с нежностью женских прелестей?
— В нас это с молоком матери заложено. Меня мама кормила грудью, а вот Юрику не досталось… Папа приглашает вас, дамы, пообедать вместе с нами…. Мы с утра здесь, оголодали малехо.
— Нам осталось рядок томатов досадить. Растопи нашу баньку, Серёж. — наблюдая за флиртом между подружкой и парнем, она наслаждалась какой-то появившейся свободе. — Отцу скажи, что пить будем только вино.
Не отрывая взгляда от взора Любы, парень пошёл к бане. И если бы не опасность, упав, сломать себе какую-либо кость, так бы и шёл.
— Нет, я не дотерплю! — сказала Любаша. Сбросила перчатки, ополоснула руки в бочке с водой. — Он обссыкает мне пизду! Да, да! Прям чувствую, как из него льётся смазка. Мальчик хочет….
— Мальчик хочет… видимо целый год терпел, не было возможности… — чувствуя своё возбуждение, сказала вслед подружке Тома.
Она увидела, как парень понял намерения Любы, как притянул её к себе, придавил телом к косяку дверей. Они так и продолжили совокупляться — не обращая внимание на то, что они хорошо видны и Тамаре, и возможным прохожим по улице. Любаша стояла на одной ноге, другой опоясав парня над ягодицами. Плавочки лежали на ступне другой, опёртой на цыпочки, ноге. Крепкие ягодицы парня часто толкались снизу-вверх и сзади-вперёд.
Тамара решила отвлечься — голова пошла кругом. Видимо кровь оттекла к гениталиям. Надеясь, что хоть парень стал настоящим мужчиной, способным удовлетворить опытную женщину, поняла, что если это не так, то всё равно сегодня примет в спермоприёник семя. Возможно не одного, возможно не раз.
Стон удовлетворённого Сергея и чмокания Любаши, означили, что процесс закончен. Как раз и рассада вся посажена в лунки, притенена пластиковыми абажурами. Тамара распрямилась, отёрла пот со лба, взглянула на парочку — нога Любы потихоньку съезжала по бедру Сергея, а голова её покоилась на надплечие парня. На слабо загорелой спине парня остались отпечатки от коготков Любаши. Взгляды женщин встретились: Люба слабо улыбнулась на широкую улыбку Томы.
— Где это Серёга мой задержался? — спросил через забор Николай.
— Вон он баню растапливает. Проходи, что как чужой встал? — заметив, что Люба начала быстро натягивать трусики, предложила Тома. — Знакомься. Моя соседка Люба. Любочка, этот тот самый Николай, который будет… — делая довольно продолжительную паузу, она давала возможность Николаю с Любашей, самим додумать её фразу. — сторожить твой участок…. Я дарю ей дачу…. Ксения моя получила наследство…. Да, от Линькова…. Убили его прошлой осенью. — ответила на вопросы мужчины.
Люба повернулась лицом к входу в баню — видимо решила прополоскать влагалище. Тома с Николаем заметили царапины на спине женщины — следы воздействия досок о нежную кожу.
— Смотрю у тебя градом меньше побило. А у меня шифер не устоял…. Хорошо, что сыновья со мной, помогли заменить.
— Ну наша-то крыта на десяток лет позже вашей.
— А в доме всё нормально? — мужчина уже понял, что сын не стал дожидаться и трахнул пышку. Этим возбудился и решил уединиться с Тамарой.
— Хочешь… — делать значительные паузы ей понравилось. Сейчас так же прождала несколько секунд. — посмотреть? Иди, я сикну чуток.
И вот она стоит, упираясь руками в край топчана, а знакомый член шурудит спокойным ритмом.
"Никакого кайфа! Чего ты, писька мокреешь-то? Просто от того, что жива? Ладно, получай свою долю спермы!" — почувствовав эякуляцию, поговорила со своей вагиной женщина. Заткнула щель тряпочкой, натянула трусы. Улыбнулась истоме мужской улыбки.
— Томочка, Юрику моему послезавтра на призывной пункт нужно прибыть к семи часа утра. Поможешь как старшему?