Георг невольно улыбнулся, представив на секунду постные лица пещерников.
— Георг, спасибо!
— За что?
— Поверь, очень было интересно слушать твою легенду, но ради чего ты ее рассказывал мне здесь? Ночь ведь уже, а нам еще идти и идти.
— А мы никуда не пойдем.
— То есть как?!
— Я хочу пройти эту лестницу.
— Парень, ты совсем рехнулся?!
— Потом об этом поговорим, Кирилл. Вы лучше скажите, говориться в вашей легенде, что одних лестница не пускает, других морочит, а кое-кого сама возносит?
— Все верно, есть такое, — Белоус кивнул.
— Кирилл, а вы сами верите в лестницу безымянных?
Старик помялся, подергал рукой ус.
— Как тебе ответить, Георг? С одной стороны легенда — часть истории Церкви Рока, с другой стороны, сомнительно, чтобы все это было правдой, больно уж волшебно.
— Понятно. Вот что, Кирилл, обещайте мне, что чтобы не случилось, не будете дергаться, кричать и тому подобное!
— Ну, хорошо, обещаю, — пожал плечами Белоус. — Меня мало чем в этой жизни удивить можно.
— Спасибо! Встаньте сюда. Вот так. И замрите, — Георг закрыл глаза, и несколько раз перекрестился, шепча: помоги нам господь пройти эту ступень к свету, укрепи веру и избавь от неверия.
Проквуст почувствовал, как воздушная волна подхватила их и понесла наверх, как замер в испуге Белоус, как вся планета замерла, смотря на них. Несколько минут упоительного восторга и бессвязных молитв, и вот они очутились в темноте пыльной пещеры. Рядом что-то глухо ударилось и потом раздался всхлип. Георг испуганно настроился на ночное виденье и в серо-зеленоватом оттенке увидел стоящего на коленях Белоуса. Он буквально повис на своем посохе, уткнувшись в руки, и глухо рыдал.
— Кирилл, что с вами?!, — испугался Проквуст.
— Нет, ничего, — Белоус опять всхлипнул. — Просто плачу от восторга и рыдаю от своего неверия.
— Ну, ничего, это пройдет, — Георг помог ему подняться. — Кирилл, надо выходить, тут со всем рядом, я помогу.
— Не надо, я в темноте, как днем вижу, — старик тяжело встал на ноги, посмотрел на своего спутника. — Ты тоже, как я посмотрю, ночью не в темноте?
— Да, кое-что различаю.
Проквуст замешкался. Его так и подмывало проверить, здесь ли один из безымянных, но он сдержал себя, давя в зародыше гордыню и тщеславие. Он им покажет безымянного. Потом. Если он там есть.
Глава 3.
Здесь все было похоже, и в тоже время чем-то отличалось от его родной Ирии. Проквуст не мог точно объяснить, в чем именно состояли отличия, он просто ощущал их. Например, он предполагал, что так же, как в рассказе Адамса, они усядутся на скамейке ждать посланца Монаха, но скамейки не было, Белоус сразу же повел его внутрь горы. Они прошли длинным полутемным коридором, отворили высокие скрипучие двери и попали в огромное пространство сводчатого зала. Вот здесь все соответствовало рассказу Бенни: матово блестящие каменные узоры пола, своды, убегающие в полумрак высоченных потолков, пустота и покой. Белоус притворил за ними дверь, сделал несколько шагов и остановился. Повернувшись к Проквусту, поманил его и показал жестом на место подле себя. Они замерли. Белоус лишь еле слышно шепнул: «Ждем. Сейчас за нами придут». Действительно, минут через пять одна из дальних дверей приоткрылась и оттуда вальяжной походкой выплыл полноватый человек в черной накидке с белым капюшоном и посохом в руке. Он тоже сделал несколько шагов и остановился.
— Здравствуй брат!, — казалось, негромко произнес Белоус, но звук его голоса всколыхнул спящий воздух и, оседлав его, помчался к пещернику.
— И ты здравствуй, брат!
Они оба, как по команде поклонились друг другу. Несколько запоздало то же самое сделал и Проквуст.
— Белоус, ты пришел не один.
— Я привел нежданного гостя.
— Он важен для Церкви Рока?
— Думаю, да. Мы только что вознеслись по лестнице Безымянных!
Георг увидел, как дернулся в изумлении пещерник, но тут же взял в себя в руки.
— Ты хочешь показать гостя Управителю?
— Да.
— Ожидайте.
Пещерник поспешно удалился. Проквуст взглянул на Белоуса, тот задумчиво рассматривал свой посох.
— Кирилл!, — тихо позвал его Георг.
— Не надо слов, Георг, все что нужно, уже сказано.
Прошло минут пятнадцать, дверь вновь отворилась, показался пещерник.