— Ты стал очень неаккуратен, Герот!, — строго, с едва сдерживаемым раздражением сказал он старому арианцу и быстро оглянулся на людей.
Бенни успел перевести взгляд на дальнюю скалу, а Георг вообще стоял спиной.
— Я же говорю, стар я стал!, — сердито отозвался привратник.
— Иди, готовь катапульту!, — приказал Аор и повернулся к людям. — Придется еще немного потерпеть. Перед вами скала. — Аор вдруг без всякой паузы перешел на описание процедуры. — Внутри нее вход в другой мир.
— А катапульта то зачем?, — Настороженно спросил Адамс, предчувствуя недоброе.
— Это устройство, помогающее биоорганизму преодолеть сопротивление материи.
— Да? И все преодолевают?
Не слушая ответа на свой вопрос, Бенни вдруг свечой взмыл вверх и молнией метнулся к скале. Арианец заворожено смотрел вслед.
— Я не знал, что вы такое умеете.
— Я не умею.
Арианец внимательно посмотрел в лицо Проквусту и ничего не сказав, опять повернулся к порхающему вдали Адамсу. Минут через десять тот вернулся, приземлился неслышно и плавно.
— Знаете что, ваше арианское сиятельство, я в эту штуковину не полезу!
Аор пожал плечами.
— Другого способа попасть в другой мир не существует.
— Георг!, — Бенни повернулся к своему другу. — Знаешь, что эти древние варвары здесь вытворяют?! Они сажают пленников в катапульту и пуляют ими в скалу! Там весь камень в пятнах крови, а внизу огромная расщелина завалена костями!
Проквуст побледнел и сжал кулаки так, что костяшки побелели, воздух вокруг него завибрировал.
— Аор!, — хрипло сказал он. — Я тебя убью!
— Это будет большим преступлением!, — спокойно отозвался арианец. — Гора, вы же дипломат.
— Георг, ты что, одумайся!, — на пути устремившегося к арианцу Георга встал Адамс и положил ему на плечи руки. — Там нет костей твоей семьи, она в другом мире!
— Это они так сказали! И даже если это и так, Бенни, ты представляешь, что они вытерпели?!
— Гора, я был уверен, что скала их пропустит, — попытался разрядить ситуацию арианец.
— Это почему же?, — в пол-оборота спросил Адамс, продолжая удерживать друга.
— Потому что скала всегда пропускает новичков, а людей мы туда еще не посылали.
— Какая разница!, — закричал Георг и оттолкнул Адамса. — Моя жена и мой сын этого не знали!
Из глаз Проквуста брызнули слезы, он закрыл лицо руками и рухнул на колени. Камень под ним вздрогнул и тяжелой пологой волной отпрянул в стороны, так, что образовалась круглая пологая чаша. Аор от неожиданности отпрыгнул назад. Вокруг Георга вновь завибрировал воздух, наливаясь голубоватым свечением. Он опустил руки и медленно встал на ноги, его угрюмый взгляд уперся в арианца.
— Нет, Георг, нет!, — крикнул Адамс. — Терпи!
Проквуст молчал. Адамс беспомощно переводил взгляд с одного на другого.
— Слушайте, — не выдержал он, — хватит в гляделки играть!
Бенни рассердился. Он решительно шагнул между ними, нагнулся и, зацепив едва выступающий край одной из плит, напрягся и с противным скрежетом выдернул ее из древней кладки. Еще секунда и многотонная плита была поставлена на попа, скрыв Георга и Аора друг от друга.
— Георг, очнись ты, наконец!
— Хорошо, — медленно и глухо проговорил Проквуст, поднял руку и медленно повел ею в сторону вздыбившейся плиты, та послушно улеглась на свое место. Перед людьми вновь стоял арианец, только взгляд у него остекленел от изумления. — Аор, — обратился к нему Георг, — если, как вы утверждаете, новички всегда проскакивают материальный барьер, то как быть с нами? Есть гарантия, что мы пройдем скалу?
— Гарантий нет.
— Бенни, что делать будем?
— Делать? А сейчас кое-что проверим!
Адамс вдруг вновь взвился в воздух и понесся к скале, прямо перед ней он слегка притормозил, чтобы в случае чего не разбиться, и тут же исчез. Аор и Георг изумленно переглянулись.
— Аор, что это?
— Похоже, ваш друг, Гора, уже не вернется, во всяком случае сейчас.
— Но мы же собирались вместе!, — в голосе Георга звучала обида.
— Я думаю, Бенни хотел всего лишь проверить, но скала его затянула сама.
— Что ж, — задумчиво проговорил Проквуст, — выбор сделан, надо догонять Адамса.
— Но вы же не умеете летать?
— Ну, если постараться… Знаете, Аор, я даже стараться не буду, я сяду в вашу адскую машину. Я должен испытать то, что испытала моя семья. Кстати, зачем такой изощренный и жестокий способ перехода, неужели нельзя было подобрать менее опасный?