— Гора, вы забываете, что это не переход, а казнь! Только особо посвященным известно, что внутри скалы открывается дорога в другой мир. И то узнали об этом сравнительно недавно. Сотни тысяч лет считалось, что разбиться в лепешку о скалу — это акт милосердия, по сравнению с жуткой смертью внутри скалы.
— Хм, а император говорил, что вы посылали внутрь скалы многих? Так вы знали или не знали о другом мире?
— Не знали, но предполагали, пытались в этом разобраться.
— И кто же помог все выяснить?
— Герот, — Аор кивнул на копошащегося около катапульты старого арианца. Привратник был так увлечен, что, похоже, так и не заметил последних событий. — Герот был казнен, но вернулся. Это он рассказал, что по ту сторону есть еще одна арианская цивилизация.
— Но как же он вернулся?!
Аор слегка запнулся.
— Эта информация не относится к вашему заданию, Гора.
— Почему же? Ведь если есть способ вернуться, то вы бы и сами уже давно нашли бы себе самок!
— Способа вернуться больше нет, а кроме того, арианцы не могут рисковать своими жизнями при выполнении этой задачи.
— Понятно: жизнь арианца — священна, ну, а чужаков можно и на смерть послать. Так ведь, Аор?!
— Именно так, Гора, — невозмутимо отозвался арианец.
От такого наглого ответа Проквуста даже передёрнуло, но зато и злость прошла.
— То есть из всей вселенной вы нас выбрали и нам с Бенни доверились? За что такая честь?, — съязвил Проквуст.
— Гора, вы еще не поняли, что связаны незримыми узами с нашей цивилизацией? Мы верим в предопределенность и многие тысячи лет ожидали такого как вы.
— Спасибо за откровенность, — горько усмехнулся Проквуст. — Пойду. поговорю с Геротом. — Георг вопросительно посмотрел на арианца.
— Да, пожалуйста.
— Аор, и вы разрешаете беседовать с ним наедине?!
— Да. Нам не нужна информация, нам нужен результат.
— Что ж, прощайте, Аор, — Проквуст шагнул в сторону катапульты, но вдруг остановился. — Скажите, Аор, а вы меня простили за то, что я оказался невольной причиной гибели вашего крейсера?
— Нет.
— И при этом просите своего врага об услуге?!
— Не вижу в этом ничего странного, Гора. Для нас, арианцев, месть врагу и польза от врага равнозначны.
— То есть долг врага гасится местью или выгодой?!
— Да.
— А как же чувства? Неутоленная жажда возмездия?
— Чувства формируются результатом. Ваша цивилизация слишком молода, чтобы понять это.
— Вот и хорошо, что молода, как-то… — Проквуст замолчал. — Ну, я пошел.
Аор молча кивнул.
Георг подходил к катапульте и с удивлением рассматривал эту деревянную конструкцию, частично обитую металлическими листами. Старый привратник, напрягаясь буграми мышц вращал огромное колесо, видимо, взводя пружину.
— Эй, Герот!
Тот коротко оглянулся.
— Тебя Горой зовут?
— Да.
— Про тебя на Ариане ходят легенды.
— Да?
— Зачем тебе это?, — арианец кивнул в сторону скалы. — Еще никто добровольно, без народа, — Герот красноречиво повел руками в сторону каменных трибун, — не ходил в скалу.
— Там моя жена и сын, — сухо ответил Проквуст.
— Сын?! Счастье какое! Эх…
— Герот, расскажи мне о той стороне.
— А нечего мне рассказывать. Я когда туда попал, то увидел вокруг себя призрачные силуэты города, населённого арианцами.
— Ты уверен, что там были самки?
— Я, Гора, видел детей!, — Герот мечтательно вздохнул,
— Что же ты там не остался?
— Не вышло, — Герот слегка запнулся и добавил: — я рад бы вернуться, да, не могу, скала не принимает.
— Что, значит, не принимает?! Тогда ты бы должен был стать кровавым пятном на её поверхности, а ты тут со мной разговариваешь!
— Это верно, должен бы был. Я ещё тогда подумал: а провались всё пропадом, всё равно изгоем живу, рискну: коли разобьюсь, так и мучения кончатся. Как бы не так!
— Ты не попал в другой мир, и не разбился?!
— Точно! Засел в катапульту, запустил себя к скале, страшно, жуть, а скала меня сквозь себя пропустила.
— Как это?!
— А так! Пролетел я через неё, словно она дым, а не камень! Я ведь потом ещё раз шесть пробовал. Потом перестал: страшно.
— Герот, Аор знает о твоих попытках?
— Не знаю, я ему не рассказывал, а он не спрашивал.
— Тогда почему же ты об этом мне рассказываешь?
— А ты мне нравишься, человек, — арианец тяжело вздохнул. — Ты не бойся, там внутри будет весело, поверь мне.