Но были и прекрасные офицеры, которые проявили себя с самой лучшей стороны. Такими были командиры батальонов майор Андрей Панин и капитан Олег Шлыков, старший лейтенант Сергей Радченко. Они постоянно были рядом с солдатами — в окопах, на передовой, в самых опасных ситуациях. Поддерживали солдат и словом, и делом. И таких, как они, в бригаде было немало”.
Работа комплексной группы существенно изменила ситуацию. Сразу же была организована помывка в бане личного состава рот, занимавших передний край у консервного завода. Такая элементарная вещь тут же подняла настроение солдат. Было заменено истрепавшееся обмундирование. В кратчайшее время были подготовлены списки на увольнение солдат и сержантов, отслуживших положенные сроки, а также наградные списки особо отличившихся в боях. В подразделениях, очистивших до этого не один грозненский квартал, не было ни одного награжденного (!). Это был очень больной для солдатской души вопрос. И бойцы, почувствовав не искусственное, а реальное внимание к себе, что называется, воспряли духом. Значительный положительный эффект в стабилизации моральной атмосферы принесло появление на передовых позициях бригады корреспондентов телекомпании НТВ. Подготовленный тележурналистами репортаж с передовой значительно повысил боевой настрой солдат — ведь за их героическими действиями следила уже вся страна! А не только чеченские снайперы…
Все это в совокупности быстро привело морально-психологическое состояние в бригаде в норму.
К приезду в расположение бригады главнокомандующего внутренними войсками МВД России генерал-полковника Вячеслава Овчинникова большая часть проблем была решена. Калачевцы и в дальнейшем добросовестно выполняли все поставленные им боевые задачи.
Вячеслав Овчинников, в 1999–2000 гг. главнокомандующий внутренними войсками МВД России, генерал-полковник:
“Я, когда узнал о ситуации в 22-й бригаде, сразу понял — надо немедленно помочь людям! Лично поднял по тревоге 8-ю нальчикскую бригаду, и она маршем через всю Чечню дошла до Грозного. Когда начал разбираться в ситуации, все стало ясно. Там же от бригады и батальона не осталось! Всех повыбило в Карамахи и Чабанмахи, где калачевцы участвовали в тяжелейшем штурме этих сел. И потом — ни сна, ни отдыха. Бои, бои, бои…
Я привез с собой с Большой земли нехитрые подарки, которые подготовили для бойцов наши друзья-благотворители, привез и награды — ведомственные знаки “За службу на Кавказе”, которые только-только тогда появились. В бригаде были составлены списки наиболее отличившихся солдат, прапорщиков, офицеров. И прямо перед строем вручил им награды. Я видел, какое радостное волнение это вызвало среди калачевцев. Приколов такой знак на камуфляж, бойцы сразу поднимали голову, у них даже взгляд становился другим. Они вдруг почувствовали, какое нужное и важное дело они делают здесь, в Грозном”.
В противостоянии возле заводов свою роль сыграло и контрпропагандистское оружие — звуковещательная станция на базе БТР-80, выделенная на северное направление штабом Объединенной группировки войск (сил). Кто-то, видя это “чудо техники” скептически ухмылялся: тоже мне боевая единица! Но скепсис этот напрасен. Звуковещательный БТР — реальное боевое оружие. Потому что кроме огневого воздействия на противника немаловажен и пропагандистский, психологический эффект. Такие установки использовались в Афганистане и неплохо себя зарекомендовали там. Вспомнили о них и в этот раз. Все, конечно, зависело от мастерства, таланта военного пропагандиста, специалиста психологической борьбы. Найдет он нешаблонный подход в своем “словесном огневом налете” — будет эффект от применения звуковещательного БТР.
В январе 2000 года в грозненских кварталах через громкоговорящие динамики над позициями боевиков без передышки неслись “убийственные” призывы: “Сдавайтесь! Сопротивление бесполезно! Уничтожайте наемников и снайперов!” И судя по тому, с какой яростью за снующим по переднему краю БТРу охотились чеченские снайперы и гранатометчики, станция эта представлялась им не менее грозным боевым оружием, чем танк или миномет.
Сломить дух боевиков было не менее важным, чем разнести в пух и прах их позиции. Вот почему и решили бить бандитов их же оружием — а то слишком часто бандиты давили на психику солдат истошными криками “Аллах акбар!” Жаль только, что было таких станций на весь район боевой операции всего две.