К сожалению, в дни проведения спецоперации в Грозном сложилась очень непростая ситуация с награждением военнослужащих за проявленные мужество и героизм. Существовавшая схема награждения была столь громоздкой, что в отдельных подразделениях, штурмующих столицу Чечни, не было ни одного награжденного.
Отправленные в Москву наградные листы очень долго не могли попасть на подпись Верховному главнокомандующему. Естественно, такое положение дел негативно влияло на моральный дух военнослужащих. На войне любая несправедливость чувствуется острее вдвойне. Все это очень сильно задевало солдат и офицеров, ежедневно рискующих жизнью. Осознавая, сколь серьезна эта проблема, штаб группировки взял вопрос награждения под жесткий контроль. Ведь, как выяснилось, не всегда в задержках с наградами была виновата Москва. Иногда командиры частей клали под сукно наградные листы, задерживали их отправку, не проявляли должной в таких случаях расторопности, нередко не могли грамотно заполнить наградные листы (были случаи, когда описания подвигов составлялись словно под копирку).
В группировке внутренних войск, дабы уменьшить бумажную волокиту, было введено правило, суть которого заключалось в том, что ценные подарки и нагрудные знаки командиры и начальники вручали отличившимся военнослужащим непосредственно в их воинских коллективах: экипажах, расчетах, отделениях, взводах, но обязательно в присутствии сослуживцев и, как правило, в боевых порядках. Только после этого осуществлялась долгая и нудная работа по оформлению всех необходимых документов. Удалось при этом добиться главного: оперативности. Эффект от таких награждений был ощутимым — солдаты и офицеры чувствовали реальное внимание к своему нелегкому ратному труду.
Также в целях исключения бумажной волокиты был пересмотрен порядок оформления материалов на государственные награды. Наградные листы стали оформляться не в пунктах постоянной дислокации воинских частей, а прямо в штабе группировки. Все необходимые документы попадали в Москву для формирования указов Президента Российской Федерации уже на пятый день. Но, к огромному сожалению, существенным образом, даже при такой схеме, повлиять на сроки получения отличившимися военнослужащими заслуженных наград практически не удалось. Многие солдаты увидели заработанные кровью и потом ордена и медали уже после увольнения в запас. В военкоматах, случалось, маленькие красные коробочки с орденами и медалями ребятам выдавали тихо, бытово, как кусок хозяйственного мыла в магазине — сунув в руки, произнеся дежурную поздравительную фразу и суетливо попрощавшись…
Заканчивая тему ценных подарков, можно отметить безусловный хит среди служивого люда во всей группировке на территории Северного Кавказа. Им был нож, который вручал Владимир Путин во время одного из своих приездов в Чечню. Уже в должности исполняющего обязанности президента, он в новогоднюю ночь с 1999 на 2000 год прилетел в Гудермес. Там же собранных по такому случаю офицеров за проявленные мужество и героизм Путин наградил ножами. Их партия была заказана на одном из кизлярских заводов. Те, кто получил из рук Путина этот ценный подарок, считали его одной из своих главных боевых наград. Возможно, особой ценности в ножах и не было, но отношение к ним со стороны военнослужащих лишний раз высветило реальное отношение людей в погонах к новому исполняющему обязанности президента. Впервые, пожалуй, за все годы новой российской государственности отношение к Верховному было одинаковым и у высших военных начальников, и у простых солдат, прапорщиков, офицеров. Путин пользовался в армии в то время безоговорочной поддержкой, и его новое назначение на должность первого лица в государстве было встречено если не с ликованием, то уж с явным одобрением — это точно. Решающим в этом, естественно, были внятные, продуманные, логичные и решительные действия и.о. президента по установлению конституционного порядка в Чечне. Никто в то время в группировке не сомневался, что Путин будет выбран президентом. В этом были солидарны, пожалуй, все люди в погонах. С его приходом к власти армия впервые ощутила неподдельное внимание к себе со стороны лидера страны, его искреннюю заинтересованность в судьбах “государевых людей”. Все это вместе с победами, одерживаемыми над боевиками в Дагестане и Чечне, возвращало всем силовым структурам то, чего они были лишены уже длительное время: достоинство и веру в себя. И эти чувства невозможно было навязать сверху. Они шли из глубины каждой солдатской души, сливаясь в единое твердое желание на этот раз завершить начатое дело. Верилось: на этот раз предательства не будет.