РОССИЙСКАЯ ПРЕССА О КОНТРТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ОПЕРАЦИИ В ЧЕЧНЕ
«Независимая газета». 25 января 2000 года
"Как сообщил заместитель командующего Объединенной группировкой российских войск на Северном Кавказе генерал-лейтенант Геннадий Трошев, в минувшее воскресенье в Грозном было обнаружено тело… генерал-майора Михаила Малофеева. "Он действовал как герой, и когда замешкалась штурмовая группа внутренних войск, он личным примером увлек за собой небольшую группу для обеспечения действий основной группы“. Так охарактеризовал последний бой Малофеева командующий Объединенной группировкой федеральных сил на Северном Кавказе Викшор Казанцев, Тело генерала опознано сослуживцами, доставлено в Моздок и долм будет отправлено в Санкт- Петербург, где и будет предано земле. Малофеев будет представлен к званию Героя России» Достоверность этой информации подтвердили а Минобороны РФ,
Таким образом, утверждения боевиков, будто Малофеев жив, оказалась очередной дезинформацией, Пропагандистские службы боевиков, ранее заявлявшие, что генерал находится в их руках и начал давать показания, резко изменила тактику информационной борьбы. Теперь речь идет о том, что Малофеев ранен, «теряет сознание», вот-вот умрет или будет «уничтожен федеральными войсками». Так или иначе, удуговская машина лжи потерпела поражение, не сумев представить убедительные доказательства своих громогласных утверждений”.
Столь подробно остановившись на этом действительно драматическом моменте штурма, авторы преследовали одну, совершенно определенную цель, И она не в том, чтобы искать виновных в гибели генерала, нс тем более в том, чтобы рассуждать о цене победы, И без того ясно, что она была по-настоящему высокой, Просто на основе фактов мы хотели показать, как трудно было в тех условиях принимать правильные решения, трезво оценивать обстановку, какая ответственность лежала на каждом из командиров, отвечающих и за успех на своем участке, и за солдат, которые этот успех обеспечивали. А Михаилу Юрьевичу Малофееву пусть земля будет пухом, ом воевал честно.
Бои за каждый дом
В последующие три дня штурмовые отряды софринской бригады с огромным трудом продвигались вперед. Успехом дня считалось занятие одного-двух зданий в полосе наступления. Огневого воздействия на боевиков со стороны артиллерии западной группировки было явно недостаточно. Огонь танков и САУ, действовавших в интересах 21 оброй, пока был недостаточно эффективен: оборонительные позиции боевиков страдали от него в незначительной степени, а штурмовым группам пока приходилось рассчитывать исключительно на свои силы. Преимущества в живой силе и огневых возможностях, что в какой-то степени должно было компенсировать первую диспропорцию, у них также ие было. Вот почему с таким трудом софринцам давался захват каждого дома, строения, сооружения, укрепленных и подготовленных боевиками к длительной обороне. Чтобы более эффективно задействовать танки и БМП для подавления огневых точек противника, необходимо было хотя бы на минимально возможное расстояние расширить плацдарм, где бы они могли действовать без угрозы быть подбитыми противотанковыми средствами противника. Пока техника располагалась на склонах холмов, не спускаясь вниз. Штурмовые отряды здесь, в Заводском районе, в буквальном смысле слова вгрызались в оборону противника, при этом на всех участках штурма закономерностью стало то, что в передовых боевых порядках плечом к плечу шли командиры подразделений и рядовые бойцы. В тех условиях по-другому было нельзя.
Таким образом, снова, как и две недели назад, борьба разгоралась за каждый дом, за каждый мало-мальски важный участок местности. Задача первого дня штурмовыми отрядами 21-й бригады полностью не была выполнена. Максимальная глубина продвижения составила 250 метров. Отряды потеряли 3 человека убитыми, 17 — ранеными. В решении на очередные сутки задача штурмовым отрядам была скорректирована в сторону уменьшения ее глубины.
По-прежнему неприступной цитаделью над окружающей местностью высились постройки стадиона и здание так называемой “гостиницы”, с высоты которых боевики контролировали прилегающие кварталы.
18 января выбить их оттуда попытался сам командующий войсками группировки особого района генерал Владимир Булгаков. Прибыв с группой офицеров ранним утром на КНП 21-й бригады, он стал лично руководить действиями возвращенной на это направление разведроты 276-го мотострелкового полка и 2-го батальона оперативного назначения софринской бригады (штурмовой отряд М3). Командующий решительно взял ситуацию в свои руки, видимо, чувствуя и некоторую моральную ответственность за произошедшую вчера трагедию, связанную с гибелью генерала Малофеева. В районе улицы Коперника в то время все еще шел поиск тела погибшего командующего западным направлением, боевики там оказывали яростное сопротивление и не давали приблизиться к зданию, где он нашел свою смерть. Возможно, Булгаков рассчитывал активизацией действий у стадиона как-то вынудить бандформирования ослабить сопротивление на том участке.