Только к обеду стало понятно, в каком направлении действовать дальше, какие сооружения необходимо занять в первоочередном порядке, какие — в дальнейшем.
В ходе боя за здание школы тяжелое ранение получил командир 2-го батальона майор Василий Дзекало. С группой прикрытия он перемещался в пятиэтажке, где практически лоб в лоб столкнулся с такой же группой боевиков, до этого укрывавшихся в стоящем напротив недостроенном коттедже. Боевики, как и софринцы, стремились выбрать удобную позицию для атаки или отсечения с фланга одной из штурмовых групп 21 оброн. Завязался короткий бой. В таких условиях побеждает тот, у кого быстрее реакция и кто точнее стреляет. Группа Дзекало первой открыла огонь, один боевик упал, второй его подхватил, остальные стали стрелять в ответ. Краем глаза майор Дзекало заметил на верхней лестничной площадке еще одну группу: боевики перемещались по зданию параллельно (стены квартир были проломлены), но выше этажом. Резко повернувшись и вскинув автомат, комбат успел дать очередь, но и в него тоже выстрелили. Одна пуля сверху попала в бронежилет, вторая зашла в неприкрытое пространство в плечо. Дзекало сумел выйти на связь и доложил командиру бригады о своем ранении и об обстоятельствах боя, грохот стрельбы которого, переговоры командиров штурмовых групп были хорошо слышны в эфире. Его успели вытащить из-под обстрела, вколоть промедол. После чего от большой кровопотери комбат потерял сознание. Командование батальоном принял на себя его заместитель капитан Вадим Чирикин. Захватить в этот день школу не удалось.
Утром заслон от СОБР на правом фланге 2 бон в двухэтажном здании обнаружил в полутора километрах, на территории нефтеперерабатывающего завода передвигающуюся группу боевиков численностью до 40 человек, другая в это время переходила улицу Химиков, направляясь на нефтеперерабатывающий завод им. Шерипова. Эта территория на правом фланге не входил в полосу действий штурмовых отрядов 21 — й бригады, никем не была занята и представляла просто дыру, по огромной территории которой можно было беспрепятственно скрытно выходить из Грозного и уходить через поселок Кирова и Алхан-Калу по реке Сунже в горы.
Заняв огневые позиции на высоких сооружениях завода, боевики огнем из крупнокалиберного оружия могли держать в напряжении весь правый фланг 2-го батальона и заслоны от СОБР и ОМОН. Для предотвращения атаки боевиков с этой промышленной территории во фланг наступающим подразделениям бригады на огневой позиции был выставлен танк, который стал обстреливать все объекты, откуда могли вести огонь боевики. Это была постоянная, долговременная позиция, на которой в последующем посменно дежурили танки, реагируя прицельным огнем на любое движение на территории завода. Не один боевик был ими уничтожен прямо на огневой точке.
В течение 21 января все штурмовые группы вели разведку боем на своих направлениях, пытаясь найти слабое место в обороне бандгрупп. По всему фронту шла стрельба, везде разведчики натыкались на огневое сопротивление. Особенно активизировался огонь боевиков со стороны стадиона, спортзала, частного сектора и гостиницы. При этом все командиры групп, подводя итоги дня и анализируя обстоятельства дневных боевых действий, в один голос подтверждали, что, по их ощущениям, плотность бандгрупп перед боевыми порядками штурмовых отрядов существенно увеличилась.
Это ощущение вскоре подтвердилось.
Дело состояло в следующем. Батальон 674-го полка оперативного назначения и 330-й отдельный батальон, составлявшие штурмовой отряд № 1, после двухдневного простоя, вызванного гибелью 17 января генерала Малофеева и последующими за этим попытками обнаружить его тело, снова двинулись вперед. При поддержке артиллерии уже 21 января им удалось полностью отсечь Старопромысловский район по улице Алтайская. Видимо, вдохновленные столь скорым успехом одного из шести штурмовых отрядов, штаб группировки особого района, а за ним и ОГВ (с) стали требовать столь же активных действий и на других направлениях. Но ни одно из них не было похоже друг на друга. Каждое требовало индивидуального подхода.
Бандгруппы, выбитые из кварталов Старых Промыслов, перешли на другие направления: кто-то на север, кто-то в район площади Минутка, но судя по всему, основная их масса — на позиции в Заводской район Грозного. Эту перегруппировку сразу почувствовали софринцы. К слову сказать, командир бригады, узнав о том, что 1 — й штурмовой отряд выполнил поставленную задачу, очень рассчитывал на то, что Булгаков передаст в его оперативное подчинение высвободившиеся подразделения 674-го полка и 330-го батальона, которые были нужны ему как воздух. Однако командующий принял другое решение, имея свой, сформировавшийся замысел дальнейших действий в Грозном. 674-й полк он перевел на восточное направление, в помощь штурмовым отрядам 506-го мотострелкового полка. К софринцам был направлен лишь кировский 330-й батальон. Таким образом, 21 оброн усилились пятью БТР-70 и сотней бойцов и офицеров. Хотя бы это снимало проблему прикрытия тыла штурмовых отрядов.