25 декабря прошло в завершении планирования, постановке задач, проведении рекогносцировки со всеми командирами на местности.
26 декабря в 6 утра войска заняли исходные позиции для наступления. Боевой порядок предполагал действия в первом эшелоне гантамировцев, а их в северной группировке было 62 человека, во втором — омоновцев и лишь затем военнослужащих внутренних войск. Однако на практике все получилось не так. Ополченцы оказались хоть и преданными, но плохо подготовленными в военном отношении бойцами. Встретив достойное сопротивление, они повернули назад, атака захлебнулась. В результате пришлось вернуться на исходные позиции. Было принято решение отказаться от лобовых атак, а действовать в сторону флангов. В частности, слева обязательно требовалось достичь реки Сунжи.
27 декабря появились первые потери. В этот день планировалось ночными действиями расширить фланги, пройти 800 метров вдоль русского кладбища, захватить комплекс автошколы и закрепиться на достигнутом рубеже. Для первоначальных действий были созданы три группы, однако проводники — чеченцы вывели две первые группы вместо восточной окраины на южную окраину кладбища. Здесь группы натолкнулись на боевиков и вступили в бой. Уничтожив больше 10 бандитов, они вышли из боя через полтора часа, имея четверых раненых.
Вспоминает Игорь Груднов:
“Начальник штаба группировки подполковник Андрей Сударкин в это время находился со мной на КП 255-го мотострелкового полка и по моему указанию возглавил третью группу, которая продолжила выдвижение в назначенном направлении. Уже к 5 часам утра его группа выполнила поставленную задачу, овладев разрушенным зданием на восточной окраине русского кладбища. Однако буквально через полчаса мы вместе с командиром 255 мсп полковником Валерием Рыбаковым с КП наблюдали в данном районе серию трассирующих очередей. Больше на связь подполковник Сударкин не выходил. Как выяснилось позже, он, взяв с собой двух бойцов, решил провести разведку местности, выдвинувшись на 200 метров вперед вдоль восточной окраины русского кладбища, где попал в засаду и вместе с бойцами был захвачен бандитами.
Когда Сударкин перестал выходить на связь, я понял, что он или погиб, или захвачен боевиками. Вскоре выяснилось самое страшное: Андрей попал в руки бандитов. Наши группы предпринимали несколько попыток отбить Сударкина, однако, к сожалению, несмотря на самоотверженные действия бойцов 17-го отряда спецназа и 320-го батальона сделать это не удалось”.
Спасать попавших в засаду вышла тогда разведгруппа 320 обон sf* всего 25 человек снова под командованием Владимира Нургалиева. Они уже знали, что в районе хлебозавода бандиты устроили хорошо укрепленную позицию и выбить их оттуда будет непросто. Уже на подступах боевики открыли по разведчикам плотный огонь из окон здания. Штурмовать в лоб кирпичную постройку было невозможно. Тогда Нургалиев принял решение зайти на завод с двух сторон. Одна группа двинулась через кладбище, другая — во главе с ним самим пошла параллельным маршрутом по дороге. Четверым бойцам броском удалось приблизиться к стенам здания, остальные были отрезаны шквальным огнем бандитов.
Эти четверо оказались зажаты между двух огней. Боевики стреляли по ним почти в упор. Чтобы хоть как-то прикрыть своих товарищей, пулеметчик нургалиевской группы длинными очередями бил по окнам, пытаясь подавить огневые точки бандитов. Ему помогали остальные. Эта была почти дуэль — расстояние между разведчиками, укрывшимися в соседнем с заводом здании, и боевиками — несколько десятков метров. Стрельба, разрывы, крошащийся в красную пыль кирпич, крики… В ходе боя осколком гранаты был ранен в шею начальник разведки 320 обон старший лейтенант Дмитрий Близников. В двух шагах от него находился Нургалиев. Он первым подбежал к раненому, попытался остановить кровь, но очередью из автомата сам был тяжело ранен в поясницу. Близников оттащил замкомбата в сторону, вколол промедол. Нургалиев то приходил в себя, то снова терял сознание. Никак не удавалось остановить кровь. Бой затягивался, в группе появилось много раненых. Близников, оставшийся старшим, несмотря на ранение, стал просчитывать пути отхода и эвакуации раненых. В это время боевики стали с верхних этажей здания закидывать группу гранатами. Одна из них разорвалась рядом с Владимиром Нургалиевым. Его жизнь оборвалась, Близников, получив еще одно ранение, потерял сознание. Когда очнулся, то увидел, что остался один — группа и пулеметчик, прикрывавший их огнем, уже отошли. Истекая кровью, он все же сумел выйти к своим, но там, в разрушенном здании, остался лежать их замкомбата. Его тело, подвергшееся истязаниям, сумели забрать только 30 декабря…