Выбрать главу

Мики сама не знала, зачем ей понадобилось его оскорблять. Наверное, она хотела обелить себя в собственных глазах. Ей сейчас было очень стыдно. Она ведь вся отдалась его поцелуям, но Мики скорее бы умерла, чем призналась в этом.

Кейл добродушно рассмеялся и, сев, скрестил ноги. Мики напоминала сейчас мокрую кошку – шипящую от злобы и махающую когтистой лапой. Но в отличие от кошки эта женщина была и в гневе неотразимо прелестна. Кейл тронул рубец на щеке и лукаво улыбнулся. Нет, эта дикая кошка лгала насчет его поцелуев. Он заметил, как отвечало ее тело, как она таяла в его объятиях.

– Извини, Ки, я немного увлекся, – признал он, хотя в его голосе не было заметно сожаления. – Если бы я знал, как неопытна ты с мужчинами, я растянул бы этот процесс.

Если бы у Мики сейчас был «кольт» 45-го калибра, что висел у этого мужлана на боку, она немедленно бы прострелила ему голову. Он смеется над тем, что у нее мало опыта! Словно это недостаток!

– Меня по-прежнему зовут мисс Ласситер! – вскипела она от ярости, вскакивая на ноги. – А мой опыт вас совсем не касается!

Стоя на колене и выставив ногу, Мики с вызовом уперла руки в бока, в ее глазах бушевало синее пламя, которое любого мужчину могло бы испепелить. У ее ярости была еще одна причина – злость на себя за то, что она до сих пор помнит его объятия. Была еще и обида на то, что у ее спутника так быстро испарилось желание. Черт, как-то у него все просто! Без сомнения, у него большой опыт, так что общение для него – дело одной техники. Как это унизительно – сознавать себя лишь одной из длинного ряда чьих-то случайных знакомых! Черт побери, он мог хотя бы смотреть на нее поприветливее после того, что у них произошло!

Серебристые глаза с интересом прошлись по всему ее телу – от кончиков грязных ботинок по соблазнительной линии ноги к животу и дальше к розовому лицу. Зрелище было обольстительным. Чтобы не видеть ее злого взгляда, он отвернулся и поднялся на ноги.

И тут Мики застыла от изумления. Она и не подозревала, сколь высок этот человек, который теперь буквально нависал над ней. Он был выше ее, по меньшей мере, на полторы головы. Чтобы смотреть не в грудь этого человека, а в глаза, потребовалось бы поставить лестницу.

Пока она с восхищением смотрела на хорошо обрисованное мокрой одеждой тело со всеми его мускулами, он положил руку ей на талию и помог подняться с земли.

– Придется мне попытаться восстановить свою репутацию. – На его губах появилась лукавая улыбка. – Я всегда неплохо целовался... По крайней мере, мне так говорили, пока ты не раскритиковала мои способности...

«Ты целуешься не просто неплохо, а превосходно», – подумала Мики, чувствуя, как у нее кружится голова. Его теплые губы снова накрыли ее, словно поглощая. И опять началась сладкая пытка. У Мики бешено забилось сердце, а дыхание замерло в груди. Язык Кейла проник сквозь ее зубы и совсем неожиданно зажег ее желанием. Опытные руки Кейла прижали ее к груди, вызывая в ней огонь, который не был способен остудить даже холодный дождь. А ведь казалось, он не делал ничего особенного!

Когда Кейл, наконец, ее отпустил, ноги Мики совсем ее не держали. Кейл, с удивлением глядя на пунцовый румянец на ее щеках, поспешил поддержать девушку, чтобы она не упала. Видя, как Мики пытается прийти в себя, Кейл с трудом удержался от того, чтобы не рассмеяться. Теперь он знает, как следует обращаться с этой девчонкой. Похоже, она столь неопытна, что буквально тает, когда он ее касается. Как это замечательно! Не понадобится большого искусства, чтобы ее возбудить.

– Ладно, Ки, давай посмотрим, можем ли мы поймать наших убежавших лошадок, – произнес он, стараясь, чтобы в его голосе не прозвучало самодовольства от ощущения своей власти над ней.

Поспешно отпрянув, Мики гордо подняла подбородок. Ее разъярила мысль о том, что ее собеседник прекрасно понял, сколь сильное действие он на нее оказывает.

– Благодарю вас, но я могу и сама догнать свою лошадь, – бесцеремонно ответила она. – Вы уже сделали достаточно.

Кейл пристально посмотрел на нее из-под низко надвинутой шляпы. Его серебристые глаза заискрились юмором.

– Но второй поцелуй получился лучше, не так ли? – с улыбкой спросил он. – Много действенней, чем первый? Можно сказать, что он сбил тебя с ног.

От такой наглости Мики потеряла дар речи. Она была так возмущена, что не сразу нашлась, что ответить. Черт побери, она не собирается обсуждать с ним его поцелуи и что-либо в нем еще! Она не хочет о нем даже думать!

Решив проигнорировать его слова, Мики повернулась и издала свист, такой ухарский и пронзительный, что вполне был способен поднять мертвого – и определенно подействовал на барабанные перепонки ее собеседника, поскольку тот поспешно прикрыл ладонями уши.

– Дьявол, что ты делаешь? Таким сигналом вызывают на подмогу полк кавалерии... – Но он осекся, когда на призыв своей хозяйки, казалось, ниоткуда галопом принеслась великолепная красная лошадь с льняными гривой и хвостом.

Мики с победной улыбкой посмотрела краем глаза на отвисшую от изумления челюсть Кейла.

– Мне не нужен полк кавалерии, мне нужен только мой Санданс. – Она усмехнулась. – А как вы собираетесь искать вашу лошадь?

Кейл поймал себя на мысли, что не может понять, кто привлекает его больше – эта задиристая красотка или же могучее животное, что бежит к ним, сотрясая землю. Мики двинулась навстречу своей лошади. Кейл невольно перевел глаза на ее соблазнительно покачивающиеся бедра, но вскоре его внимание привлекла мускулистая лошадь, остановившаяся неподвижно перед своей хозяйкой.

Внезапно его охватила досада, что эта девушка столь легко выбросила его из головы. Ее восхищенный взгляд сейчас был обращен только на лошадь, уткнувшуюся мордой в руку своей хозяйки. Произнося ласковые слова, Мики потрепала шелковистую гриву своего Санданса. По морде лошади было видно, как ей нравится эта ласка. Они двое выглядели словно закадычные друзья, уважающие друг друга и очень близкие. Кейл даже немного смутился, словно он подглядывал за чем-то интимным, – столько любви к коню чувствовалось в Мики и такой привязанностью отвечал ей ее подопечный.

Кейл сделал шаг вперед – и Санданс немедленно, прижав уши, повернул голову, с тревогой глядя на постороннего человека. Кейл невольно протянул руку, чтобы ощутить силу мускулов этого могучего животного. Негодующе фыркнув, конь шарахнулся в сторону, не желая, чтобы к нему прикасались, и чуть поднял ногу, готовясь нанести удар. Кейл счел за благо ретироваться.

– Санданс очень привередлив в выборе друзей, – заметила Мики, подходя к лошади. – Он почему-то не любит мужчин.

– Потому что его хозяин – не мужчина, – предположил Кейл. – Похоже, что я не понравился вам обоим.

– Как и моя лошадь, мистер Броулин, я бы предпочла, чтобы вы сохраняли уважительную дистанцию, – ответила Мики.

Кейл решил не продолжать разговор на эту тему. Он перевел взгляд на могучее животное.

– Где вы приобрели такого прекрасного жеребца? – с интересом спросил он. – Я на своем веку повидал многих, но ничего подобного встречать мне не приходилось. Он просто рожден быть скакуном – несется так легко, словно совершенно не тратит сил.

От этого неожиданного комплимента Мики довольно улыбнулась. Повернув голову к Сандансу, она еще раз похлопала коня по шее.

– Мой отец приобрел его жеребенком, перед тем как мы переехали в Канзас, – объяснила она. – Санданс был очень худеньким, и меня всегда удивляло, что он съедает много овса. Он, казалось, весь состоял из длинных ног. Но благодаря питанию и бегу он стал отменным конем. Ко мне обращались очень многие с просьбой его продать. Во время гонки за землей его обладатель получит большое преимущество.

Кейл не сомневался в этом ни мгновения. Он уже продал несколько быстрых скакунов переселенцам. Цены доходили до пятисот долларов за коня. Кроме того, ему удалось сколотить солидный капиталец на продаже лошадей фермерам. Если бы Мики выставила свою лошадь на аукцион, она бы получила самую высокую цену.