– Я тоже на это надеюсь, Присцилла, – галантно улыбнулся он и провел ее к лифту. Как только она исчезла, он повернулся к Ариане: – Изумительно. Новый имидж вам очень к лицу. Как называется этот стиль? Безумный одуванчик?
– Я вас ненавижу, – угрюмо проворчала Ариана.
– Вы разбиваете мне сердце, мисс Риверс, – трагически ответил он. – Кстати, я нашел вам новое занятие. Джулия, проводите, пожалуйста, мисс Риверс в архив и объясните ей, что делать.
Он был в весьма приподнятом настроении, только что не пританцовывал. Ариана не хотела связывать этот факт с появлением загадочной Присциллы, поцеловавшей его. Что той вообще понадобилось от Лэнди в самом начале рабочего дня? И зачем им теперь часто встречаться? Присцилла… а имя-то какое, тьфу!
Тем временем лифт опустил девушек в пыльное подвальное помещение, заставленное шкафами.
– Вот здесь, – указала Джулия на длинный ряд шкафов, забитых бумагами, лабораторными журналами и тетрадями, – хранятся рабочие документы по всем проведенным исследованиям за последний год. Доктор Лэнди приказал разложить их по папкам в соответствии с объектом исследования, а потом расставить папки в алфавитном порядке.
Ариана позеленела от злости: более дурацкой, бессмысленной работы и придумать было нельзя. В обычный день она бы, пожалуй, даже посмеялась над придумкой Лэнди, но не сегодня.
– Если у вас нет вопросов, я вас оставлю. У меня аллергия на пыль, да и не хочется, чтобы волосы впитали этот ужасный запах.
– Никаких вопросов нет, благодарю вас, мисс Серра, – приторно сказала Ариана.
Как только лифт поглотил Джулию, Ариана прошла вдоль ряда шкафов, с которыми ей надлежало работать. Вытащила пару тетрадей и бегло просмотрела содержимое – так, ради спортивного интереса. Как и следовало ожидать, это была так называемая «грязная документация», то есть подробное описание всех экспериментов – в том числе и неудачных. Никогда и никому не приходило в голову упорядочивать эту пыльную гору хаотичных записей. Никому, кроме Лэнди, разумеется.
Пригладив проклятые волосы, Ариана засучила рукава и приступила к работе. Полностью разобравшись с первым шкафом, она обратила внимание на странность: ни одно из исследований не шло под руководством Лэнди. Конечно, как директор лаборатории он и вовсе не был обязан продолжать заниматься исследованиями, но Ариана-то точно знала, что он каждый день торчит в своей личной лаборатории. Значит, его рабочие тетради тоже должны быть где-то здесь. Подоставав наугад несколько тетрадей и журналов из разных шкафов и нигде не обнаружив имени Лэнди, она еще больше убедилась, что здесь что-то нечисто.
А потом заметила большой черный шкаф, стоящий у противоположной стены. Единственный из всех, он был закрыт, более того, запечатан охранным заклинанием. Опять же, в обычный день она бы отстала от шкафа, убедившись, что он заперт, но сегодня вскрыть его назло Лэнди казалось делом принципа. На взлом заклинания у Арианы ушло пару часов. Увидев в шкафу аккуратные стопочки тетрадей, исписанных размашистым почерком Лэнди, она поняла, что это того стоило.
Его документация была в идеальном порядке. Каждый журнал был озаглавлен и пронумерован, каждая тетрадь снабжена подробными комментариями и сносками. Лэнди определенно был самым педантичным ученым из всех, чьи работы Ариана когда-либо изучала. Пару месяцев назад она готова была продать душу лишь за возможность просмотреть эти тетради. Сейчас же ей нужно было только одно – найти неудавшийся генетический эксперимент и увидеть своими глазами, как тот самый доктор Лэнди совершил ошибку, которую ей самой удалось благополучно обойти. Долго искать не пришлось: необходимые тетради сиротливо лежали на верхней полупустой полке. Вытащив первую, Ариана устроилась за небольшой пыльный стол в углу и погрузилась в чтение.
– Вам кто-нибудь говорил, что неприлично копаться в чужих записях? Особенно если они спрятаны под охранными заклинаниями.
Ариана протерла уставшие глаза и подняла голову. Лэнди стоял сбоку от стола и пристально за ней наблюдал.