Лина лежала на полу. В углу кухни, закрывая голову руками, на которых была кровь.
Её кровь.
Он просто отшвырнул мудака назад, успокаивая себя, как только мог, потому что понимал, что убийство своего мужа именно в этот день Лина не простит и не поймет.
Амир уже в этот момент точно знал, что порешит мудака обязательно. Но немного позже, когда все эмоции поутихнут, и девушка успокоится в отношении него.
Но как же хотелось его крови!
Чтобы он орал, надрывая связки, и захлебывался собственной кровью, в предсмертной панике понимая, что легкой смерти не будет! Потому что Амир будет разрывать его по кусочкам, по маленьким частям сначала сдирать кожу, потом отделять мышцы от костей, а затем уже ломать кости.
Заговорить Амир смог не сразу.
Потому что знал, что сейчас его голос будет мало походить на человеческий.
- Вещи собирай. Поедешь со мной.
Лина вдруг окинула его таким взглядом, что зверь внутри Амира удивленно хмыкнул.
- Я. Никуда. Не поеду.
Отозвалась девушка настолько холодно и твердо, что он буквально кожей ощутил её уверенность и упрямство. Ей было бесполезно угрожать смертью или насилием – Лина решила и точка.
- Это моя квартира и мой дом. А вы пошли вон. Оба.
Амир лишь усилием воли сдержал удивленный смешок и не позволил брови приподняться.
Что серьезно?
У девочки появились зубки?
Она вспомнила, что у неё есть характер?
Впрочем, Амиру это определенно нравилось!
Его разрывало в две совершенно противоположные стороны – с одной стороны эти слова девушки вызвали в душе уважение к ней.
А с другой хотелось развернуть её ягодицами и ещё раз шлепнуть от души, чтобы она понимала, что с ним в таком тоне разговаривать не нужно.
Сделал бы второе, если бы они были одни.
Хорошо, потом он её ко всему приучит и всё покажет, а пока придётся потерпеть.
- Руку обработай, - пробасил Амир и вышел из кухни, чтобы сгрести, словно мешок с дерьмом её мужа, и выволочь его за пределы квартиры.
Очень хотелось его убить здесь и сейчас.
Прямо в подъезде.
Но, чёрт подери, пока нужно было терпеть.
Даже когда он стал подавать признаки жизни и пытаться что-то там мямлить.
- Я никуда не пойду!
Амир мрачно хмыкнул, делая так, чтобы этот утырок собирал собственным телом каждую ступеньку, оставляя еще больше синяков дополнительно к тем, что уже поставили Крапива, Череп и мужики.
- Не слышу, чтобы я тебя спрашивал, - мрачно и холодно отозвался Амир, не прибавляя шага, и наслаждаясь каждой вспышкой боли, которую этот хмырь испытывал.
Мелочь, а приятно!
- Это мой дом тоже! А Лина – моя жена!
Грязная окровавленная рубашка вдруг затрещала в руке Амира.
Нет, гада он не убил лишь усилием воли, и даже умудрился промолчать до того момента, пока не выволок муженька девушки на свежий воздух в ночные сумерки.
Он бросил его грудой, задыхающейся от боли и спазмов, и даже не обернулся, когда спокойно пробасил:
- Завтра пойдешь в суд и подашь заявление на развод.
Муженёк вдруг перестал дышать и уставился в затылок невозмутимого бандита в желании придушить его.
Надо же! Еле дышал от страха, а сам бычился.
- Верну вам все деньги до копейки! Но с Линой не разведусь! я её люблю!
- Деньги возвращай тому, кому проиграл, - не меняя голоса отозвался Амир, убирая руки в карманы, чтобы не ударить и не лишить его жизни. Случайно. Все таки помучить и поотрывать плоть хотелось слишком сильно. В скором будущем, - А с Линой разведешься. Иначе тебе не жить.
- Можешь убить – сказал же, что не разведусь!
Лишь когда ткань кармана хрустнула, а гандон пискнул и вырубился – Амир с удивлением понял, что он все таки не сдержался и шарахнул его. Тело отреагировало быстрее мыслей, и никакие отговорки не помогли.
Больше разговаривать не было смысла.
Да и как было говорить с тем, кто лежал без сознания с перекошенным лицом?
Пусть очнется, потом они еще раз поговорят.
Амир прошел под подъездами до своего неприметного чёрного Крузака и сел внутрь, заставляя себя уже уехать, но нет же!
Снова сидел и слушал, как Лина рыдает, оставшись одна в квартире, сидя на полу кухни.
Девушка дала волю слезам и своей боли.
Но сейчас ей это было просто необходимо.
Пусть плачет.
Без этого женщины начинают серьезно и долго болеть, если держат эмоции при себе и не дают им воли.
Мужчина попытался вытянуться и расслабиться, как это было только возможно, когда откинул сидение и вытянул ноги, но напряжение, конечно же, никуда не проходило.