Хорошее знакомство, ничего не скажешь. Мужик еще раз просматривает своим странным взглядом мои голые ноги и смотрит в глаза так цепко, что мне становится не по себе на несколько секунд.
— Окей, Кира Юрьева, тогда будем соседями. Простите за беспокойство, — вежливо, но так же без грамма эмоций произносит он. Я кидаю взгляд на его псину, которая спокойно сидела около его ног и ждала следующих команд.
— Пожалуйста, уберите пса из квартиры и больше так не делайте, — шепчу я, увидев отчетливо, как с клыка огромного ротвейлера капает на паркет слюна. Я сглотнула.
— Да, конечно, — мужик опускает голову на своего монстра. — Гром, домой, — командует мужчина и снова осматривает мои ноги. Обычная реакция мужика на мои ножки. Но я настолько сонная, что хочу только поспать и забыться на часиков шесть во снах.
Оба выходят так же быстро, как и появились, а я еще минут пять сидела на спинке дивана и не могла успокоиться. Я посмотрела наверх, улыбнулась резко успокоившейся кошечке, но решила ее не трогать. Кошки не такие, как собаки, для того, чтобы им оценить ситуацию или успокоиться, почувствовать безопасность, не обязателен контакт хозяина. Некоторым котам нужно почувствовать запах хозяина, но для моей любимой девочки просто мое присутствие ее успокаивает.
Еще раз удивившись как следует утренним происшествием, я легла досыпать законные часики. Потом решу со своим соседом правила пребывания и обязательно попробую договориться о том, чтобы он не смел открывать без особой надобности квартиру, где я проживаю. Даже отец с сестрой за два дня меня предупреждают о визите, а лучше вообще предлагают встретиться на нейтральной территории.
2
Клим
Родной город встретил нас с Громом теплым солнцем, что постепенно опускалось за высотки домов. Оранжевые и красные лучи скользили по крышам и окнам, окрашивая знакомые улицы в мягкие, теплые оттенки. Солнце, ещё не спрятавшееся за горизонтом, заливало весь салон автомобиля золотистым светом, пробиваясь сквозь лобовое стекло и играя бликами на приборной панели. Тёплый вечерний воздух, пахнущий свежей листвой и чем-то знакомым, разливался через приоткрытые окна, напоминая о детстве и беззаботных летних днях. Город будто оживал в этот момент, приветствуя нас мягким, ласковым светом, в котором таилась какая-то особенная тишина и уют.
— Ну, что, Гром, мы готовы снова пожить здесь? — спросил я, глянув на любимого пса и стартанул на зеленом сигнале светофора, добираясь все глубже и глубже в город, к своей квартире.
Еще не успев доехать, я принимаю звонок от хорошего друга, который знает, что я сегодня возвращаюсь в город.
— Ветер, я устраиваю сегодня закрытую вечеринку для друзей, — почти вместо «здрасьте», произносит Михайлов Олег и я слышу на фоне в динамике музыку. — Ты говорил, что сегодня приедешь.
— Я уже в городе, пять минут и дома, — произнес я.
— Супер! Подкатывай в клуб, надеюсь, помнишь, где он? — хохотнул друг.
— Через два часа подкачу, так и быть, — паркуя машину аккурат около подъезда относительно новой пятнадцатиэтажки и сразу открываю дверь машины для собаки — дорога заняла без малого семь часов и две остановки на заправках по десять минут для него ничто, по сравнению с привычными нашими двухчасовыми прогулками.
Вещей у меня мало, небольшой чемодан и объемный рюкзак с техникой, большая часть все же в квартире осталась, хотя спустя два года, думаю, эта одежда вышла из моды. Надеюсь, что приходящая прислуга ухаживала и за ними.
Уже подходя к подъезду, я подозвал Грома и неожиданно встретился с соседкой снизу — Ниной Ивановной, пожилой женщиной с огромным педагогическим стажем. Она всегда была строгой, но доброй, с проницательным взглядом и аккуратно уложенными седыми волосами. Когда-то она очень уважала мою семью и помогала моей жене в самые трудные моменты — особенно, когда та ходила с огромным животиком, ожидая нашего первенца. Эти воспоминания нахлынули так резко и ярко, что я застыл на месте, внезапно ощутив напряжение в плечах и комок в горле. Я не сразу смог выдавить из себя улыбку, но, собравшись, тепло приветствовал Нину Ивановну, которая, казалось, заметила мою растерянность и ответила доброй, понимающей улыбкой.
— Дорогой мой Климушка! — женщина всплеснула руками, немного настороженно посмотрела на ротвейлера и улыбнулась мне шире. — Так это правда? Ты решил приехать домой?
— Предложили выгодную работу, — киваю. — Как вы, как здоровье?
— Все хорошо, Климушка, — женщина отмахнулась, перехватила легкий на вид пакет с яблоками и мы неспешно пошли к подъезду. Она стала рассказывать о том, что за моей квартирой хорошо ухаживали, а квартиросъемщицу, которую она нашла с риелтором — так вообще стала расписывать только с хорошей стороны: