- Ну, на сколько тебе уже известно, я лишилась девственности еще летом, так что…
- Я знаю, но то, что кто-то уже однажды прикоснулся к твоему прекрасному телу без твоего на то желания, не означает, что у тебя был подобающий «первый раз». И чхал я на эту ебаную физиологию.
- Ну и ладно, раз ты меня не хочешь и лишь ищешь оправдания в виде благородства…
- Дуреныш, ты мой! Ты даже не представляешь себе на сколько я жажду твоего блаженного тела, но мы сделаем все правильно, я не хочу, чтобы наши только начавшиеся отношения закончились, как очередной перепихон.
- Так уж и быть, но тогда с тебя самый, что ни наесть пылкий поцелуй. – после ее слов я решил не терять ни минуты.
И когда наши губы снова ненасытно и жарко слились, я почувствовал, что ради такой девушки могу и подождать.
СОНЯ.
Мой мир превращался в одну из тех историй, которые я читаю по вечерам, вот только теперь вечером у меня есть и другой вариант деятельности. В первые за долгое время вечринка не закончилась слезами, этот вечер был волшебным. Никита отвез меня отель, при условии, что на утро я все-таки решусь и пойду поговорить с мамой.
Я проснулась около десяти утра из-за солнечного света, проникающего в номер сквозь занавески. Открыв все еще не до конца проснувшиеся глаза, я огляделась, рядом со мной на большой кровати никого не было, видимо Никита встал пораньше и поехал на пары, а я, я могу и опоздать.
Я наскоро собрала все вещи, надела вчерашний наряд, который надо бы поменять – еще одна причина ввернуться домой, и вышла из комнаты. Оказавшись на улице, я хотела закурить, но на это не было времени. Я хочу поскорее разделаться с этой недомолвкой между мной и матерью.
Подъехав к дому на такси, я собралась духом и открыла дверь. Мама работает на дому, так что то, что я ее застану даже не оговаривалась.
- Я дома. – глубокий вдох.
Тишина. Странно. Перешерстив все помещения, я пришла к выводу, что мама в ванной, оно и лучше, успею привести себя в порядок. Я зашла к себе в комнату, от которой я уже успела отвыкнуть. Я быстро приняла душ в своей личной ванной комнате, переоделась в легкий наряд, так как солнце на улице говорила о том, что в свитере я не то что запарюсь, а сгорю. Любимый серый друг подождет до зимы. Потом я обновила макияж, так как под глазами была осыпавшаяся тушь давностью в несколько дней. Ну все, теперь я готова к «серьёзному разговору». Выйдя из комнаты, я нашла маму с полотенцем на голове в гостиной.
- Привет, мам. – с виноватым видом сказала я.
- Ого, какие люди почтили нас своим визитом.
- Я не хочу ссориться, так что давай просто забудем об этом?
Хорошо, эту темы мы можем больше не поднимать юная леди, а вот кое-о-чем нам еще предстоит побеседовать.
Я стояла в ожидание.
- Пару дней назад я наткнулась на твой телефон, который ты любезно забыла на кухне… я была неприятно удивлена найденным в нем.
- Ты рылась в моем мобильнике?!
- Сейчас это не важно, опираясь на твою фотогалерею, ты, мисс примерный ребенок, беспросветно пьешь, куришь и не известно, чем еще занимаешься.
- Боже, мама! Кто дал тебе право врываться в мою личную жизнь?! – я перешла на крик, хотя мать уже давно это сделала. – И я давно уже не ребенок, то что я творю, мое дело. Я знаю ты за меня беспокоишься, но пришло время мне взять эту обязанность на себя.
- Тебе всего девятнадцать, рановато запускать организм. В кого ты такая пошла, ей богу?!
И тут я сделала то, чего не делала по отношению к маме уже много лет. Я подошла к ней поближе, присела рядом на диван и обняла ее. От удивления он ахнула, но не стала отталкивать мой порыв любви, ну или же желания прекратить ссору.
- Мамуль, я тебя очень люблю. Я так устала от постоянных споров, все эти негативные чувства и эмоции камнем лежат на душе. И чем больше обид, тем сложнее дышать с каждым днем.
А тут наступила мамина очередь удивлять поступками, она пустила слезу. Последний раз я видела, чтобы мама плакала пару лет назад около больничной койки моего брата. А потом она обняла меня еще крепче, нашей семье было не свойственно проявление чувств, особенно, когда речь шла об отношениях «мама, дочка», но, как сказал Никита, никогда не поздно это исправить.
- Я тоже люблю тебя, дорогая, прости меня.
- И ты меня.
А тут мы уже обе рыдали, думаю, если бы братец или отец застали нас за таким занятием, нависла бы неловкая пауза.
- Что тут происходит? Кто-то умер? – вспомнишь солнце, вот и лучик, хотя вряд ли так можно назвать моего брат.
- Все в порядке, просто семейной воссоединение, да, мам?
- Да, милая. У нас все хорошо, Сашенька. – она сказала это, смахивая слезинку с щеки.