Сергеев делает паузу, бросая на меня подчеркнуто брезгливый взгляд. Можно было бы что-то ответить, но я просто жадно заглатываю воздух, как рыба, выброшенная на берег. Его угроза размазывает меня.
– В общем-то я все сказал. Решать вам. Глеб не должен ничего знать о нашей встрече. И никаких тайных свиданий, я об этом узнаю. Хотя можно кое-что добавить, – мужчина наклоняется к моему уху, инстинктивно отшатываюсь, прижимаясь к стене, – знаете, Аграфена, из тюрьм выходят очень голодные мужчины. Если ебля для вас превыше всего, могу дать наводку.
Рука сама собой делает взмах, чтобы впечататься в лицо, которое нависает надо мной, нарушая все личные границы. Посетитель легко перехватывает мое запястье и болезненно впивается в него пальцами.
– Теперь точно сказал все, – цедит сквозь зубы. – Надеюсь, девочка, мозг у тебя не до конца атрофировался, и мы больше никогда не увидимся.
Сергеев отшвыривает мою руку. Резко разворачивается и покидает квартиру, громко хлопнув дверью.
Сползаю по стене на пол. Меня колотит. Наконец-то обнимаю живот руками. Ненавижу эту семейку. И дочь, которая считает, что имеет право на моего мужчину, и ее папашу-ублюдка. Бесит его уверенность в том, что он имеет право играть чужими жизнями. Мне же не показалось, он угрожал мне изнасилованием?
Я не думаю, что он блефует. И не могу так рисковать. Теперь я отвечаю не только за себя.
В голове лихорадочно мечутся мысли. Отметаю первое инстинктивное желание позвонить Глебу в поисках защиты. Меня останавливает страх.
Я просто не переживу, если он второй раз выберет свою мать, а не меня. Да, этот страх очень эгоистичный. Но если он отвергнет меня повторно, то распишется в том, что все слова о любви были ложью. Я хочу оставить себе хотя бы иллюзию, если больше ничего не могу оставить.
Я должна уйти сама.
Приняв принципиальное решение, поднимаюсь на ноги. Иду в ванную, водой охлаждаю горящие щеки.
Какой же мудак этот Сергеев. Он просто растоптал мою жизнь. Дорога на телевидение мне теперь закрыта. Там Глеб меня точно найдет. Здесь оставаться нельзя, на старую квартиру тоже не сунешься.
Прохожу в спальню. Достаю сумку. Педантично складываю в нее вещи. В этот раз не собираюсь разбрасываться подарками Глеба. Во-первых, мне надо будет кормить его ребенка. Во-вторых, просто злюсь. Если я должна отдать им Князева, то его подарки точно мои. Складываю в сумку все футляры с ювелирными изделиями, в том числе кольцо, которому не суждено стать обручальным.
Застегнув молнию, оглядываю комнату. Взгляд падает на ящик тумбочки. Выдвигаю его и достаю визитку Макара. Человек, который предлагал мне свою помощь, работает генеральным директором логистической компании. Настал момент, когда я готова воспользоваться его щедрым предложением.
Прохожу в гостиную и беру со стола телефон:
– Алло, Макар! Это Аграфена. Я хотела бы встретиться с вами прямо сейчас...
Подхожу к столику. Прежде, чем закрыть ноутбук, запускаю продолжение фильма. Смотрю на агонию Хари, которая выпила жидкий кислород.
Постепенно успокаиваюсь, внутренний тремор уходит. Переключаюсь со своих проблем на переживания героев.
В голову приходит элементарная мысль, которая почему-то не посетила меня во сне. Чтобы освободить от себя мужчину, не обязательно пить яд. Наше притяжение не такое фатальное, как у героев «Соляриса». Расстояние снижает силу магнетизма.
В голове снова крутятся наставления коринфянам.
«Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится… Любовь никогда не перестает».
Ненависть уступает место пониманию. Пусть в грубой форме, но мне указан путь. Я знаю, каким должно быть проявление безусловной любви. Я должна избавить от себя любимого мужчину для его блага. Так сделала Хари, так сделаю и я.
Досматриваю финал и отправляю ноутбук в сумку. К переезду готова. Осталось уладить организационные вопросы.
Одеваюсь и выхожу в серую московскую промозглость.
Благодарю всех, кто читает, лайкает и комментирует! Это последняя глава первой части книги. Мне нужен небольшой перерыв на чтение бумажных источников. Через неделю продолжим! Спасибо!