Начинается сюжет про конкурс чтецов Корана для маленьких детей.
– Ты же говорила, что у Руслана отец мусульманин, – вздрагиваю, когда справа неожиданно раздается голос сестры, – не хочешь его тоже обучить арабскому? – Юлька захлопывает ноутбук и сосредотачивает на мне все свое внимание.
– Арабскому? – недоуменно уточняю я. – Даже в голову не приходило.
– Но без арабского он не сможет читать Коран, – поясняет свою мысль сестра, – можно его отдать в татарский детский садик. Там, наверное, обучают.
– Юль, не выдумывай, – невольно морщусь, – у тебя какие-то странные идеи.
– Но сын мусульманина должен быть мусульманином, – настаивает сестра.
– Для этого мусульманин должен сам его воспитывать, – парирую фыркая, – я точно не буду ничем подобным заниматься.
– Ну да, – кисло соглашается Юлька, – жалко, что вы расстались. Русланчик такой красавчик. Ты могла бы нарожать много красивых детей.
Прикрываю глаза и растираю веки. Что за день-то сегодня такой. Как будто кто-то шепчет, что настал момент наконец-то определиться со своей личной жизнью. Стоит ли хранить верность миражу или надо попытаться построить новые отношения? Вот в чем вопрос.
Глава 5. Миры
Глеб Князев
Так странно перемещаться между мирами.
Сижу за барной стойкой и ощущаю себя в параллельной реальности. После первых командировок еще сохранялась иллюзия, что настоящая жизнь здесь. Чем больше времени провожу в средневековье, тем реальнее оно становится. А этот город и его улицы кажутся промозглым миражом.
Если в текущем мире и было что-то стоящее, то однозначно здесь. Обвожу взглядом квартиру, где когда-то был счастлив. А потом все понеслось под откос.
Как часто я тут пил, проходя через все стадии принятия ситуации. Разлетался на тысячи осколков и собирал себя вновь. Злился и ненавидел, сходил с ума от тоски. Но отчего-то запомнилось именно светлое. Сейчас это пространство не ассоциируется у меня с болью. Мне здесь хорошо.
Рингтон телефона возвращает меня в текущий момент. Смотрю на экран и принимаю вызов.
– Привет, Макс!... Я на старой квартире... Конечно заезжай!
Сбрасываю звонок и лезу уточнить запасы. Когда я в Сирии, помощница только убирает раз в две недели. После моего приезда вновь забила холодильник. Вечера я предпочитаю проводить здесь.
Достаю какие-то контейнеры, накрываю поляну. Пока жду Макса, анализирую свои ощущения. Всегда стремно пересекаться с друзьями после длительной работы в поле. Я же уже другой человек. Наши миры крутятся на разных орбитах. Чем я со своим средневековьем могу быть интересен финансовому воротиле? Я даже не в курсе, на каких уровнях сейчас котируется S&P 500.
Такие же ощущения на работе. Вроде бы надо появляться в офисе во время визитов в Москву. Все-таки, Волков мне зарплату платит. Прихожу, занимаю свой кабинет. О текущих проблемах ничего не знаю, да и вникать особого смысла нет. Приходится придумывать себе какое-то занятие, которое успею довести до конца. Что-то бестолковое, но имитирующее полезную деятельность. Попутно трахаю Майю, ну или еще кого-нибудь. Иногда становится так премерзко от собственной неуместности, что хочется освободить Волкова от своей персоны. Останавливает осознание, что придется проводить это время дома. Вообще отказался бы от этих визитов в Москву, но они имеют смысл для успокоения мамы.
Раздается звонок домофона, и я запускаю Макса в подъезд. Встречаемся на пороге квартиры.
– Привет, Глебчик! Мне кажется у тебя с каждым разом борода все обширнее, – похлопывает меня по спине товарищ, – можно сказать, что уже настоящий моджахед.
– Да, у меня на работе первое время все удивлялись, почему я из Лондона возвращаюсь в таком виде. Потом в Москве наоткрывали барбершопов, и вопросы отпали сами собой. Телефон можешь здесь оставить, – указываю на тумбочку в прихожей, – чтобы особо не париться над содержанием разговора.
– Может мне в банке такой порядок завести? – усмехается Бурлаков.
– Наши ведомства практикуют.
– Как ты вообще? – Макс оставляет свой айфон, и мы проходим в гостиную.
– Нормально, что мне будет? – небрежно пожимаю плечом. Усаживаю Макса за стол, лезу в бар за спиртным.
– Выглядишь каким-то потерянным, Глебчик, – констатирует Бурлаков после изучающего взгляда.
– Пресно у вас тут, – отшучиваюсь я, разливая виски по бокалам, – я уже заслуженный адреналиновый наркоман. Когда пули не свистят, даже секс какой-то вялый.
– Зато тут регулярный, – отбивает Макс.
– У меня везде регулярный. Надо за это выпить, кстати, – чокаюсь с Бурлаковым и опрокидываю бокал.