– Груш, мы задержимся в офисе. Я потом все закрою.
– Зачем? – уточняю я.
– Дамир купил баклажку пива. Хотели расслабиться немного, – честно рассказывает директолог.
Растираю уставшие глаза. Баклажка – это немного. Но она может быть не последней.
– Я посижу с вами, – принимаю импульсивное решение.
В конце концов, теть Нина разрешила задержаться. Если свидание не светит, могу же я просто расслабиться? Сегодня был трудный день.
Звоню теть Нине, предупреждаю, что задержусь.
– Вообще можешь не приходить сегодня, – с энтузиазмом встречает мой звонок родственница, – зачем мотать ребенка туда-сюда. Завтра его заберешь.
– Если Руслан не против, – неуверенно сомневаюсь.
– Конечно не против. Даже спрашивать не надо. Он играет с дедом, у нас все хорошо.
– Ну ладно, – сдаюсь я. – Тогда до завтра, теть Нин.
Решение дается сложно. У нас очень тесная связь с Русланом. Но когда-то ему нужно сепарироваться от меня. К тому же ребенку не хватает мужского внимания. А мне нужно научиться отключать тревожную мать.
Достаю из нашего с Ветровым бара бутылку ликера и присоединяюсь к команде за овальным столом.
– Америка создана тайными обществами, – вещает Дамир, – там этого никто не скрывает. Масонами и всякими другими прочими. А кто такие масоны, например? Это британский инструмент влияния.
– Большего бреда не слышала, – фыркает Дина.
– Ты вообще ничего не слышала, кроме либеральной пропаганды. Масонство придумал Френсис Бэкон. Есть у него произведение «Новая Атлантида», подробно расписывающее программу отделений «Храма Соломона». По его описанию и создано масонство. Это орудие для проведения политики британского империализма. Цель была в заражении европейских элит космополитизмом. Ложи появились в сжатый промежуток времени по всей Европе одновременно. Обещали какие-то великие тайны, а на самом деле просто дискредитировали патриотические идеи.
– Ну какой Френсис Бэкон? – Дина изображает фейспалм. – Даже школьник знает, что масоны изначально были просто профсоюзом шотландских вольных каменщиков.
– Это любимая тема теневых элит – писать фальшивые истории. Интересно, что там за шотландские каменщики такие, символика обрядов которых завязана на храм Соломона? – ухмыляется Дамир. – Если только те самые потерянные колена Израилевы, которые якобы высадились на шотландские берега.
– Груш, обнови мне, – Инна пододвигает ко мне свою кружку. – Демид сегодня был какой-то странный. У него что-нибудь случилось?
– Ой, давай сегодня не будем о мужчинах, – подливаю ликер Инне, потом себе. – Масоны как-то лучше заходят.
– Ааа, вы с ним поругались, – понимающе кивает девушка, – тогда все понятно.
– Что тебе понятно, Инна? – недоуменно смотрю на сотрудницу.
– Ну он же в тебя влюблен, это все знают. Если поругались, значит переживает, – уверенно заявляет копирайтер, изумляя меня.
– Не говори глупости, Инна. У Демида девушка есть.
– Мужчины не могут без секса, – пожимает плечом сотрудница, – приходится иметь девушку, если ты не даешь.
Удрученно качаю головой. Наглядный пример, что с менеджментом у меня все плохо. Вряд ли Инна, даже набравшись ликером, что-то подобное сказала Демиду. А если она права, то что со всем этим делать?
– Так, все на сегодня, – громко объявляю я, – завтра рабочий день.
– Груш, детское время, – возмущается наш сеошник Константин.
– На корпоративе продолжим. В этом году будет в ресторане.
Команда с неохотой начинает собираться. Убираем следы посиделок и вызываем такси.
Вскоре захожу в пустую квартиру. Так странно быть здесь одной.
Вылезаю из костюма, стягиваю чулки. Падаю на кровать, распластавшись морской звездой.
Целоваться с Демидом было приятно. Может зря я отправила его к Соне? Пытаюсь представить Ветрова в своей постели, но почему-то ничего не получается.
Не замечаю, как засыпаю. Ночью ко мне приходит Глеб. Ложится на кровать и накрывает меня своим телом.
– Почему ты пришел именно сейчас? – спрашиваю, проводя пальцами по его лицу.
– Потому что ты только моя, мышка. Не забывай об этом, – одержимо шепчет Князев, впиваясь в мои губы.
Зарываюсь в его волосы и притягиваю ближе. Все так реалистично, что даже страшно. Кожа горит под его руками. Ощущаю запах и тепло тела. Мои пальцы скользят вниз по шее. Подушечками нащупываю на спине новые шрамы. Глеб перехватывает мои запястья и пригвождает их к матрасу. Одним толчком заполняет меня. Все так остро, что я не могу сдержать стоны. Просыпаюсь от мощного оргазма со слезами на щеках.