— Этот вид дохода не является совместной собственностью. Я смогу его тратить на другую семью.
— Ого! Глебчик, я вообще-то пошутил про вторую жену, — Волков гогочет в трубку.
— Да? Мне понравилась шутка, я решил отнестись к ней серьезно, — жду, пока Сергей закончит веселиться.
— Надо посоветоваться с финансовым директором, — отсмеявшись решает Волков, — чисто теоретически, мы можем арендовать у тебя какое-то интеллектуальное ноу-хау. Но не знаю, получится ли это сделать до твоей свадьбы. Могу пока перевести тебя на полставки, остальное платить в конверте.
— Хорошо, пусть пока так, — соглашаюсь я.
Кладу трубку. Закрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла. Думаю о том, что скоро увижу Грушу. Кто бы мог подумать, что так буду ждать день своей свадьбы. Все-таки небо играет с нами в странные игры.
-------------------
Надежда, спасибо за награду! ❤️❤️❤️
Глава 11. Синдром отмены
Аграфена
Ударно поработав, после обеда выбираюсь на улицу. Втыкаю наушники в уши и ставлю Portishead.
Может не очень-то мудро слушать про любовные муки, но страдающий голос Бет Гиббонс сейчас гармонирует с состоянием моей души. Под звуки Wandering Star быстро направляюсь к Мосфильмовскому пруду.
Нарезаю круги вокруг водоема, и меня все больше накрывает осознанием безысходности. Кажется, что сверху нависла черная туча, которая навсегда закрыла солнце. Не будет больше ни света, ни радости. Только вечный дождь и промозглая сырость.
Может быть, рановато я решила слезть с таблеток. Впрочем, это вынужденная мера. В пачке осталась последняя штука. Наверное, стоит зайти в аптеку.
Как настоящая мазохистка, по кругу гоняю наши жаркие ночи с Князевым, пока не дохожу до последней. Как же быстро можно упасть с небес в бездну.
Скрежет музыки в плеере выступает прекрасным аккомпанементом кошкам, которые в данный момент рвут мою душу в клочья.
Неужели все это случилось на самом деле? И Глеб лично сказал мне про свою свадьбу. Сейчас это кажется чем-то нереальным. Я просто не хочу верить в случившееся. Самый близкий в жизни человек не мог со мной так поступить. Я, видимо, дура, потому что до сих пор люблю Князева. Именно поэтому произошедшее мне грезится всего лишь ночным кошмаром.
Возможно, поэтому я сменила обстановку. В привычной жизни быстро пришло бы осознание, что все произошедшее реально. В новых декорациях я могу выстроить параллельную реальность. Могу представить, что если вернусь назад, то все будет, как в наши лучшие дни.
— Девушка, у вас есть лишние полчаса? — выплываю из своих терзаний и обнаруживаю, что пытаюсь обойти съемочную площадку, внезапно возникшую около пруда.
— Даже не знаю, — лепечу я, пока до сознания доходит вопрос бородатого мужчины в дутой жилетке.
— У вас очень знакомое лицо. Вы, наверное, уже снимались в массовке? — второй вопрос доходит до меня гораздо быстрее.
— Нет, никогда не снималась, — отрицательно качаю головой.
— Странно. Когда вас увидел, сразу подумал, что вы мелькали в каком-то эпизоде. Ну что же, тогда сегодня у вас премьера, — уверенно объявляет мужчина и тащит меня к одной из скамеек.
Не успеваю опомниться, как мне вручают детскую коляску. Приказывают ее слегка покачивать. Сижу, изображаю молодую мать. Рядом со мной приземляется главный герой сюжета и говорит с кем-то по мобильному телефону.
Качаю коляску и думаю, что меня неудачно разместили для заднего фона. Сценарист явно не продумал мизансцену. Опасно во время разговора подсаживаться к женщине с ребенком. Можно нарваться на грубость. Если бы я реально была матерью, выгнала бы этого говоруна вон.
Пару дублей снимают достаточно быстро. Ко мне подскакивает девочка-ассистентка и забивает мои данные. Обещает позвонить, чтобы узнать номер счета, на который можно перечислить гонорар.
Ну вот, совместила приятное с полезным. Умудрилась что-то заработать во время проветривания головы. На обратном пути захожу в аптеку. Фармацевт сообщает, что Аня снабдила меня рецептурным препаратом. Пытаюсь купить его без назначения врача, но уболтать аптекаря не получается.
Поднимаюсь в квартиру. Получается погрузиться в работу.
Вечер, как всегда, наступает внезапно. На улице стремительно темнеет.
Зал погружается в полумрак, нарушаемый только мерцанием монитора ноутбука. Становится тревожно и накатывает липкий страх.
Встаю, жму на выключатель. Комната ярко освещается, но спокойнее не делается. Сердце в груди ухает, как потревоженная сова.
Иду на кухню. Навожу сладкий чай. Слабый выброс дофамина помогает ненадолго унять беспокойство. Говорю себе, что внутренний тремор — это всего лишь реакция на отмену антидепрессантов. Просто нужно перетерпеть пару дней.