– Это не упрек, Дилназ. Просто бесспорный факт. Такой же бесспорный, как и утверждение, что русские реально борются с халифатом, – медленно подвожу разговор к основной части.
Езидка наклоняет голову и с любопытством смотрит на меня. Пытается понять, к чему я веду. Не могу сдержать легкую улыбку. Дилназ бойкая и умная. Надеюсь, что я не ошибаюсь в ней.
– Я хорошо отношусь к русским, – кивает девушка, – когда Ирак был социалистическим и дружил с Советским Союзом, у нас было светское общество.
Сверлю езидку глазами. Она говорит искренне. Больше не хожу вокруг и около, а решаю выдать все в лоб:
– Дилназ, ты не хотела бы поработать на русскую разведку в Лондоне? Для тебя это было бы своеобразной страховкой. В случае трудностей сможешь обратиться за помощью. Уолдан может иметь доступ к конфиденциальной информации, которая может заинтересовать русских. Это источник дополнительного заработка. Да и вообще, когда ты одна в чужой стране, лучше иметь за плечами какую-то поддержку. Русские своих не бросают.
Заканчиваю набрасывать рекламные предложения и наливаю воды в стакан. Горло слегка пересохло. Жадно выпиваю все до капли и перевожу взгляд на Дилназ.
Девушка сидит, покусывая губы. В глазах лихорадочно носятся мысли. Для нее это не простой выбор. Теодор ей явно не безразличен.
– Ты можешь не отвечать сейчас. Просто подумай, – решаю прекратить мучения девушки. – Только прошу никому не рассказывать об этом разговоре.
– Я никому не скажу, господин, – Дилназ прикладывает ладонь к груди и говорит искренне, – вы так много сделали для меня.
– Ты уже собрала вещи? – доброжелательно интересуюсь. Всячески показываю, что не собираюсь давить на девушку.
– Нет, я взяла только необходимое. Теодор сказал, что все купит, – езидка тяжело вздыхает. – Знаете, господин, я не знаю, смогу ли передавать информацию об Уолдане, но готова выполнять нейтральные поручения. Думаю, это будет правильно.
Медленно выдыхаю. Даже не верится, что все получилось. Самое трудное – получить принципиальное согласие.
– Хорошо, Дилназ, я тебя понял. На месте с тобой свяжутся! Удачи тебе в новой жизни!
Убедить девушку на тесное сотрудничество теперь задача лондонского куратора. Езидка азартна, это можно использовать. Уверен, что для конторы Дилназ ценное приобретение.
Бывшая рабыня горделиво встает из кресла. Кажется, ей уже нравится ощущать себя шпионкой. Огромный скачок для уязвленного самоощущения – шагнуть из наложниц в разведчицы.
В дверь робко стучат. На пороге кабинета появляется Юлия.
– Мы с Дилназ уже закончили. Ты что-то хотела?
Сестра Груши робко кивает. Дожидается, пока езидка скроется за дверью. Подходит вплотную к столу.
В очередной раз поражаюсь, как они с сестрой похожи. Только почему-то за завтраком сдержанно общались.
– Я подумала, что готова согласиться на предложение шейха и стать женой вашего брата, – выпаливает девушка по-русски. Ее взгляд падает на мои губы. Сразу же резко отводит глаза и заливается краской.
Передергиваю плечами. Очень зябкие ощущения. Мне же все показалось?
– Простите, Юля. Вы только выбрались из плена и сейчас не можете рассуждать разумно. Думаю, вам нужно вернуться к родителям и в университет. Обретете привычную почву под ногами, немного отойдете от произошедшего, потом будете что-то решать, – откидываюсь на спинку кресла и смотрю на нее снизу вверх.
– Я не хочу возвращаться. Мне местные подонки говорили, что в России тех, кто побывал в халифате, сажают в тюрьму. Я бы предпочла сразу поехать с вашим отцом, – девушка упрямо поджимает губы.
– Главное достоинство женщины на моей родине – это послушание, Юлия. Если вы сейчас спорите со мной, то вряд ли готовы стать третьей женой моего брата, – не могу скрыть скептическую усмешку. – Для начала научитесь не спорить с мужчиной.
– Я не спорю, – обиженно пыхтит девушка, – и со мной можно на «ты».
– Ну вот и отлично. Отдохни сегодня. Завтра едем в Россию. С претензиями спецслужб я сам разберусь.
Юля резко обмякает и обреченно кивает. Молча разворачивается и покидает кабинет.
Из-за этого они повздорили с Грушей? Из-за дурацкой идеи войти в гарем моего братца? Вот бы у старшей сестры наблюдалось бы такое же рвение в свое время. Может и не потеряли бы тогда несколько лет.
Кстати, о старшей сестре. Ноги сами несут меня в комнату жены.
Груша стоит ко мне спиной у высокого комода. Быстро подхожу к ней со спины. Обнимаю за талию. Чувствую мягкое тепло тела через слои одежды. Плавлюсь на медленном огне.
Перекидываю волосы через плечо. Осыпаю быстрыми поцелуями затылок, шею, плечо.