– Серьезнее не бывает. Я жду, Груша, – добавляю в голос стали.
Ракитина смотрит на меня задумчиво, но все-таки выполняет мой приказ. С трудом удерживаю низкий рык, сердце бьется на повышенных скоростях.
– Теперь медленно сними трусики. Хорошо! – завороженно наблюдаю за оголением сочной задницы. – Теперь разведи ножки пошире и наклонись вперед. Еще больше. Ляг щекой на подушку.
Рот заполняется слюной, когда рассматриваю влажные от смазки складки.
– Как же я хочу тебе вставить, – озвучиваю главное желание на данный момент. Кажется, физически ощущаю, как меня сжимают внутренние мышцы жены. Слышу сдавленные стоны Груши и варюсь на медленном огне. – Поласкай себя пальчиками. Я хочу видеть это с данного ракурса.
Ракитина снова стонет и ныряет рукой между ног. Старательно размазывает смазку по своим складкам, скользя пальчиками по чувствительным точкам. От этого зрелища просто подбрасывает. В голове не остается никаких мыслей. Просто одержимо слежу, как жена себя ласкает и толкаюсь бедрами ей навстречу.
Время замирает в какой-то точке, где не остается ничего другого кроме нас и чистого вожделения. Груша стонет громче, я вижу, как напрягаются ее мышцы. Я чувствую, что она уже близка к пику.
– Кончай! – приказываю я. Моя пантера выгибает спину, дышит тяжело и рвано. В следующий момент издает протяжный стон, по ее телу пробегает волна дрожи. Груша падает на спину и закрывает глаза. Ее бедра еще какое-то время подрагивают от остаточных спазмов. Я наблюдаю ее оргазм до самой бледной вспышки. Отпускаю себя и лечу следом, совершая финальные толчки и выплевывая в ладонь сперму.
Растекаюсь бесформенным желе в кресле под расслабленным взглядом Груши. Успеваю подумать, что мне определенно нравятся все семейные игры.
Глава 66. Сюрприз
Глеб Князев
В нетерпении поглядываю на табло во Внуково. Наконец-то статус рейса сменяется на прилетевший. Надеюсь, Груша не набрала с собой кучу чемоданов, которые теперь будет ждать.
Все встречающие терпеливо ждут, наверное, я один измеряю зал шагами. То и дело поглядываю на часы, будто Ракитина должна появиться в какое-то конкретное время.
Наконец-то из зоны прилета появляются первые пассажиры. Я замираю на месте, жадно разглядывая лица. Весь мир озаряется радужным сиянием, когда я вижу любимую женщину.
Пробираюсь к ней сквозь пространство и время. Забираю небольшую дорожную сумку и крепко стискиваю в объятиях. Теперь пусть весь мир подождет.
Ее губы – источник жизни. Я всегда это подозревал, но сейчас убедился точно. Наш поцелуй сильно затягивается, но как можно оторваться от источника жизни?
– Молодые люди, позвольте! – очевидно, мир ждать не хочет. Какой-то гражданин агрессивно протискивается в проем между двумя зависшими парами.
Беру Грушу за руку и веду на выход из здания.
– Жаль ты не взял с собой Руслана, я соскучилась безумно, – сразу включает маму Ракитина, – где он сейчас?
– Оставил у мамы, – отвечаю лаконично. – Как съездила, мышка? – резко перевожу тему. Мы сейчас не едем за сыном, у меня другие планы. Но не обязательно сразу в них посвящать Грушу. Просто целеустремленно иду на паркинг, наслаждаясь ощущением прохладной ладошки в своей руке.
– Не очень продуктивно, – пожимает плечами Ракитина, – деловые вопросы все обсудили, но мама с бабушкой встали в позу и наотрез отказались переезжать. У мамы друзья и работа, у бабушки тоже подружки и ожидание дачного сезона.
– Люди с возрастом становятся консервативны, – слегка пожимаю ладонь Груши, – не переживай. Будем ездить в гости.
В машине снова целую Ракитину, обняв ладонями бледные щеки.
– Повернись ко мне спиной, – прошу, наконец-то оторвавшись.
– Зачем? – прищурившись, смотрит с подозрением жена.
– Женщина, ты когда-нибудь научишься просто слушаться? – хочу сказать строго, получается не очень. Слишком сильно рад ее возвращению.
– Не хочу просто слушаться, хочу равноправных отношений, – бубнит Ракитина, разворачиваясь к пассажирскому окну.
– Умница, – шепчу я, накидывая на глаза Груше повязку.
– Глеб, ты серьезно? – смеется Ракитина. – Будем играть в оттенки серого?
– Пока просто сюрприз, а потом посмотрим, – разворачиваю жену лицом вперед и пристегиваю ремнем безопасности, – только не смей подглядывать!
В воскресенье утром Москва спит, до МКАДа добираемся без пробок. Груша уже нетерпеливо поерзывает в кресле, когда въезжаем на подземный паркинг. Скоростной лифт взмывает вверх, на нас с интересом поглядывают залетные трудоголики.
За талию вывожу Ракитину на нашем этаже, у панорамного окна снимаю повязку.