Джордан поднял глаза на открывшуюся дверь и увидел вошедшего Трикера.
«Это будет ваш последний допрос», сказал Трикер. Агент сунул руки в карманы и посмотрел сверху вниз на бывшего агента ФБР. «Похоже, вы нравитесь Коннор», заметил он.
«Коннор еще слаба и полностью еще в себя не пришла», ответил Дайсон. «Придется подождать, посмотрим, как она будет чувствовать себя на самом деле». Он положил книгу, которую читал. «Что вы хотите узнать?»
Трикер долго смотрел на Джордана, прежде чем ответить. Частично он в это время думал о своем новом назначении. Однако он вскоре вернулся к текущему делу с самодисциплиной, вымуштрованной годами оперативной службы. Дайсон смотрел на него в ответ с кротким выражением лица, которое он, вероятно, был способен сохранять весьма долгое время.
Что ему хотелось знать? Ему хотелось бы знать, почему Дайсон бывает в палате Коннор каждый день, поддерживает и воодушевляет ее, подносит ей воду, после того, как последние почти семь лет он за ней охотился, считая, что Конноры убили его брата во время первого нападения на Кибердайн. И что случилось с ее сыном, и сильно ли ей этот пацан помогал взорвать Кибердайн во второй раз? И как, черт возьми, Коннор получила эту рану? Огнестрельные ранения были достаточно стандартны, но рана в центре туловища выглядела так, сказали ему врачи, будто кто-то нанес ей ее рукой.
После паузы он склонился вперед, опираясь одной рукой на спинку стула Джордана. «Хочу узнать, почему вы вдруг оказались на ее стороне», сказал он доверительно.
Какое-то время он внимательно смотрел Дайсону в глаза, затем сжал губы и выпрямился.
«Но я сомневаюсь, что когда-нибудь это узнаю». Трикер бросил на него оценивающий взгляд. «Берегитесь, Дайсон», сказал он и вышел из палаты.
Джордан некоторое время еще смотрел на дверь, а затем откинул голову на спинку стула. «Ты тоже», подумал он.
САНТА-МОНИКА, КАЛИФОРНИЯ
Курт Вимейстер* смотрел в огромные, от пола до потолка окна своего роскошного дома, не видя за ними ни гор, ни прибоя, ни окружавших их багровых облаков заката.
- - - - - - - - - - - - - - -
* Здесь сохранен прежний вариант его фамилии – Вимейстер, хотя, строго говоря, его фамилия Viemeister по-немецки произносится Фимайстер.
- - - - - - - - - - - - - - -
Он со всей силы сжал свой огромный кулак. Какое право имеет эта правительственная марионетка…?
Курт с трудом остановил сам себя. Власть дала Трикеру такое право. У правительства хранились резервные копии данных по его проекту — его проекту — копии, которые ему самому, их создателю, запрещено было держать у себя! И теперь они лишь вынут их для него, если он согласится работать над проектом, причем в таком месте, которое выберут они, да еще при условии новых своих безумных ограничений. Это его бесило!
Он развернулся и пошел в свой тренажерный зал. Он разделся до трусов, надел пояс и приступил к своему «Наутилусу» (тренажеру).
Его проект — его! Курт сбросил вес на два-пятьдесят и снова поднял груз. Хрипло вздохнув, он поднял тренажер, затем медленно опустил его вниз, затем опять… Он почувствовал себя несколько спокойнее, когда приложенные усилия стали изгонять из его крови токсины возбуждения от ощущения угрозы.
Он понадобился правительству для завершения проекта, и они должны были это знать.
Будучи необходимой составляющей, он получал кое-какие рычаги влияния. К сожалению, с учетом текущего территориального местоположения проекта, с того момента, как он примет на себя такие обязательства, они вновь всё возьмут под свой контроль. Даже жестче, чем раньше. Вот так.
Он сел и вытер лицо полотенцем. Кого он обманывает? После того, как он окажется на их секретной базе, все его требования станут безнаказанно игнорироваться, и он это понимал. Курт лег спиной на скамейку и глубоко вздохнул. Его потребность завершить свой труд была схожа с наркотической зависимостью, и осознавать то, что он не сможет доделать работу, пока ему это не позволят, было мучительно.