«Но это означает, что я уже близка к успеху», напомнила она себе. «Очень близка». Плотско-человеческая ее часть все еще была этим не удовлетворена, она была расстроена и жаждала какого-то успеха. Иногда ей казалось абсолютно бессмысленным продолжать выполнять свое задание. Иногда она задавалась вопросом, не стоит ли просто самоликвидироваться, оставив разбираться со всей этой фигней маленькую Алиссу.
Она была обеспокоена излишними эмоциями, которые ее терзали. Ни одно из воспоминаний Серены не было сопоставимо с ее надеждами и тревогами, с той степенью их, которые были только у Клеи. Но с другой стороны, Серена была совершенным экземпляром. Даже несмотря на свою неудачу, Серена Бернс являлась именно тем и именно такой (причем в полной мере), какой спроектировал и создал ее Скайнет.
«И тем, чем я», без всякой жалости к самой себе подумала Клея, «похоже, не являюсь».
Клея была еще очень не уверена в том, способна ли была она общаться с людьми и жить в их обществе. Ее уволили с работы в закусочной. Ей было это очень неприятно и тревожно, потому что работу свою она делала отлично; ее картошка фри была самой лучшей, как и ее бургеры. Она никогда не забывала поблагодарить клиентов за то, что они пришли к ним, всегда встречала их с улыбкой и не забывала пожелать им хорошего дня после выполнения каждого заказа. Она никогда не жаловалась, убирая туалеты, моя пол или даже вычищая жироуловитель.
Коллеги Клеи презирали и чуждались ее, а клиенты бросали на нее настороженные взгляды, стараясь не задерживаться у прилавка, получая еду, когда она улыбалась им из-за него. Другие работники говорили, что вид у нее какой-то жуткий и пугающий, а младшие менеджеры спорили между собой, потому что никто из них не хотел работать с ней в свою смену.
В конечном итоге менеджер отпустил ее, утверждая, что у них спад в бизнесе. Он пояснил, что, так как она была последней из нанятых на работу, то, к сожалению, уйти ей придется первой. Он извинился и, казалось, собирался уже в утешение погладить ее по плечу, но потом передумал. Вместо этого он вручил ей чек и пожелал ей всего доброго.
«Я слишком оторвана от людей», решила она в тот момент.
К своему сожалению, Клея пришла к выводу, что она в своем поведении была ближе к Терминатору, несмотря на свой более гибкий интеллект. Изучение ею воспоминаний Серены никак не могло заменить ей реальный опыт, тем более что в воспоминаниях Серены I-950 искренне многого не понимала.
Юмора, например, она абсолютно не улавливала. И в то время как Серена легко вращалась среди людей, по сути наслаждаясь общением с ними, Клея просто не любила их. Хотя бы потому, что они сбивали ее с толку.
Порой I-950 обеспокоенно думала, что из-за той спешки, с какой ее хотели сделать взрослой и достаточно зрелой для выполнения задания Серены, между ее нейронами не сформировались какие-то синаптические связи. Как личности они с ее предшественницей не имели ничего общего, а ведь учитывая их идентичный геном, имплантаты и воспоминания, они должны были быть сходными. Например, Клея часто задавалась вопросом, подходит ли она для выполнения задачи, в то время как Серена никогда.
I-950 взглянула на образец и увидела, что он, наконец, остыл достаточно для того, чтобы можно было с ним работать. Она вылила его, с одобрением отметив, что у него имелись гелиевые свойства.
Под пепельной окалиной сверху он представлял собой яркое, сверкающее серебро.
Клея взяла его в руки и, растянув, разделила его на два фрагмента; она надавила на них, и на них отпечатались ее руки. После чего, по мере того, как тепло стало покидать металл, фрагменты стали твердеть.
Со вздохом она бросила их на стол и отвернулась, чтобы прибраться. Один фрагмент закатился под свет настольной лампы, а другой – на край стола.
Пока Клея работала, обдумывая свои замечания на сей счет, на образец стало воздействовать тепло от лампы. Вскоре на одном конце куска, ближайшем к лампе, начала образовываться мягкая точка, и серебристая субстанция устремилась к теплу над собой. Другой образец, наиболее удаленный от тепла, также начал реагировать, одна сторона его стала гладкой и слегка наклонилась, в то время как другая сохраняла отпечаток ее пальцев.
I-950 повернулась, чтобы поднять два образца и убрать вокруг них, и удивленно заморгала от увиденного.
«Ого», подумала она, «это что-то новенькое».