- Это что еще такое? Колдовство, не иначе, ведьмины проказы. Удумала свою магию творить у нас, да мы тебя огнем то проучим. Ну, погоди, вот узнает об этом граф, так живо твою дрянную шкуру сдерет.
Девушка, даже не оценив угрозу усталым взглядом, не стала дослушивать грозную брань, коротко щелкнула пальцами, и гнедая увидела перед собой яркую огненную вспышку, больно бьющую в нос. Взвилась, встала на дыбы и понеслась галопом в поле, сворачивая от забитого тракта, по пути переворачивая телегу на бок в овраге.
- Стой, стой! Куда тебя несет, дура окаянная!
Слетев с повозки вместе с извозчиком, вельможа изрядно прокатился по грязи, из-за чего пестрая одежда покрылась блеклым слоем грязи. Грозя кулаком на чародейку, он приподнял подол обеими руками и припустился в бег за сбежавшей кобылой.
Шевалье с трудом уселся, мутно оглядел отряд, но не успел сосчитать выживших, как его вырвало и не его одного. Кто-то со стонами расшнуровывал латы и помогал перетягивать раны другим, некоторые просто сидели на земле, смотря на небо, не реагируя на окружающих. Всего семеро, не считая его самого. Почти половину, лучшую половину его отряда забрал туман. Магесса кажется этого и не замечала, но довольная собой от того что проучила вельможу, подошла к раненным. Магическое свечение из рук делало свое дело весьма успешно, раны несчастных заживлялись мягко и эффективно.
- Вы всегда так легко относитесь ко всему? Мы едва не погибли, а вы все забавляетесь. Может, из-за этого вельможи, мы даже в город теперь не попадем.
Она взмахнула своими огненными волосами, грозно глянув на него. Только сейчас мужчина увидел на ее лице отстраненность и слабость, которую она старательно прятала за гримасой энергичной и задорной девицы.
- А вам всегда нужно вплестись со своими ненужными комментариями? Мы живы, по большей части благодаря мне, прошу заметить. Кроме того, это был Франсуа Вега - жирный боров растративший наследство и обвинивший во всем инквизицию, потому что какая-то старуха пару лет назад предсказала ему старую бедность. Этот ублюдок обезглавил ее на площади, а потом похвалялся убийством злобной ведьмы.
Джозеф помолчал. Оглядел свои раны, но кроме острого жжения в затылке и короткой кровавой линии, доходившей до шеи, не почувствовал ничего особенного. Достал повязку из подсумка и туго затянул в обхвате на лбу. Меч, лежавший рядом, как и доспехи уже мало походили на то, что было их формой всего несколько часов назад. Ржавчина тонкими линиями покрывала как нагрудник под изорванной накидкой, так и лезвие оружия, что теперь оставляло желать лучшего. Достаточно было взять его в руки, и можно было увидеть крошку, ссыпающуюся на траву. До его слуха, не переставая, доносились благодарности спасительнице от всего отряда.
- Благодарим за спасение, госпожа. Абы не вы да наш командир, так лежали бы мы в сырой землице в треклятом мороке. Видят небеса, что дело ваше правое.
Он поглядел на девушку, щурясь от солнца. Кожаная куртка магессы выглядела точно так же, как и в тот момент, когда они встретились. Неизвестно от чего, но тьма не стала трогать, ни меч, ни книгу девушки, оставляя ее изящность как необходимость для мага.
- Кстати, по поводу правого дела, госпожа Алиенора, где остальные из вашего ордена? Вы же не хотите сказать, что вас послали туда одну?
- А это уже не ваше дело, господин Джозеф, но я отвечу. Я действую, без каких либо приказов или направленностей сверху, просто потому, что эта угроза для всех нас и так или иначе ее нужно остановить. Думаю, спорить вы с этим не станете. Опережая ваши вопросы, которые опять же вас не касаются, я отвечу. Наш орден не сидит без дела, но в марево никого не посылают из-за высокого риска. Вы, как солдат, должны понимать.
- Понимать, что простых солдат отправляют неизвестно куда, заранее зная, что оттуда никто не возвращался, а за дезертирство отрубят голову? Нас шлют на убой, а вы сидите, сложа руки, и ждете распоряжений сверху. Вы это называете той вещью, что я должен понимать?
Магесса закончила лечение, выпрямилась, уставилась прямо в глаза командира. Он ожидал увидеть в них противостояние, борьбу за честь своего ордена, но видел лишь пустоту и жалость в коричневом отблеске. Харисон был уверен, что она собирается с мыслями и не ошибся, его слова не нашли отпора, никакой злобной радости он от этого не испытывал.
- Это не я вас отправила в туман, мой орден вообще не обязан с вами контактировать. Ваши командиры делают то, что передают вам свыше, если говорить о порядке званий, то я ничуть не главнее этого солдата, которому только что спасла жизнь.