Они прошли сквозь узкие коридоры с десятками проходов в такие же тесные комнатушки. Харисон часто замедлялся, шаркал ногами по светлой расцарапанной плитке. Хватался за стены из белого кирпича в проходе по типу вытянутой арки, но не останавливался.
Холл был широким, как и у всех муниципальных зданий в древнем городе. Громоздкие колонны, изогнутые дугой в формах, стояли по бокам и соединялись в центре, поддерживая своды и образуя гигантский купол. Потолок был на удивление красив. Неизвестные художники украсили его панорамой картин, с голой молодой девушкой, позирующей по центру и кучей мелких мохнатых существ с копытами, радостно скачущих по кругу.
Этот день был не рабочим. Это было понятно по большой толкотне в центре, полуголые мужчины и дамы с едва прикрытыми тканью интимными местами расхаживали между лавками ожиданий, красные, как вареные раки, от жары. Тут же были и трубадуры, которые заняли свою нишу в углу, где потешали стражников, пытающихся выгнать посторонних из городской бани. Среди этого потока полуобнаженных людей было легко потеряться. Толпа давила со всех сторон, словно бурная река, по которой нужно плыть, потому, как если свернешь назад, то в лучшем случае получишь бревном по лбу. Он крепче ухватился за сопровождающего. Задорные мотивы выступающих музыкантов на усладу посетителям, заглушили его слова.
- Рынок далеко отсюда? Мне нужна рубаха и хотя бы дубина. Заодно поищем торговца отбывающего на север.
- А как же, командир. Есть один, недалеко, прямехонько за этим углом по улице, да направо около харчевни «кобыла в синее яблоко».
Народу на улице было заметно меньше. Купцы в разноцветных кафтанах спешно расхаживали по длинным улицам, волоча за спинами мешки. Им помогали худощавые юноши, взваливавшие на себя в два раза больше поклажи, чем их наниматели. Дамы выглядели особенно нарядно. Разодетые в длинные платья с широкими проймами, обшитыми лисьими шкурами, они вальяжно вышагивали по брусчатке небольшими группами из двух-трех девиц. Кроме того, от них за версту стойко несло духами. Дети бегали и кидались камнями в полного мужчину в длинном, темном плаще с гербом одного из графств севера в виде перекрещенных пик на оранжевом фоне. Тот, постоянно вскидывая руками от досады, пытался схватить их за ворот, но, то и дело спотыкался о крупную гальку и грозился стражей. Необычная треугольная шляпа с большим пером была для вельможи явно не по размеру мала, поэтому, после очередной запинки, соскочила с лысеющей головы. Один из хулиганов ловко подхватил ее начал перекидывать товарищам, еще больше зля господина, который цветом лица уже походил на тех, кто был в бане. Никаких блюстителей закона в округе не наблюдалось. Все эти странные, на первый взгляд, вещи, находили свой ответ прямо за таверной со знаком лошади с синими кругляшками.
Торговая площадь сияла сотнями праздничных огней в свете заходящего дня. Купцы битком стояли за своими наспех сколоченными лавками. Торговали буквально всем, что можно было достать во всем Аториене, а может даже за его пределами. Прямо на входе стояла старуха с болезненно зеленым цветом кожи. Она развесила вокруг своей палатки пучки травы, сама же размахивала луковицами во все стороны, уверяя, что он спасает от сглаза и оспы. Дальше, через столбы с огромными навесными лентами синего и зеленого цвета, переплетавшиеся между собой, на лакированном столе отплясывал актер, одновременно жонглируя кинжалами, чем собирал немалую публику. Медведь, прикованный к столбу за цепь в носу, грозно вставал на задние лапы перед ребятней. Самые смелые из мальчишек подходили на расстояние удара и тут же отскакивали назад под громкий смех и одобряющие крики. Ряды с бесплатной выпивкой щемились от желающих, высокий латник устраивал показушную дуэль со своим соперником в плотной кольчуге под бурные овации гостей. Ярмарка бурлила, словно перегретый котел с кашей во время мора в королевстве.
Отыскать продавца рубах оказалось не так и просто, как он рассчитывал изначально. Ему встречалось оружие, благовония, еда непонятного происхождения, курительные смеси, сырое мясо и шкуры, колбы с жидкостями, которые, как утверждал сам продавец, сделают у вас пышную шевелюру, даже если вы плешивый как овца по весне. Только ближе к концу улицы, сквозь группу монахов в темных балахонах, он разглядел короткого торгаша в фиолетовом камзоле и серых кальсонах с огромной сумкой на боку. Бесцеремонно проталкиваясь через группу простолюдинов, спорящих о величии меча над магией, шевалье не смог сдержать мягкой улыбки глядя на торгаша.