- Подкинуть тебя? Подкинуть?! Сейчас так тебе дам, что мигом долетишь прямехонько до места назначения! Засрал мне весь бизнес в столице и еще одолжения просит. Шельмец, везет тебе, что у меня ноги коротки, иначе бы уже на задницу сесть не смог.
Гимбург стоял в стороне, скрестив руки на груди. Вид коротконогого мужика бегающего за хромающим командиром забавлял его чуть меньше чем главная достопримечательность этого вечера, поднимающая столбы дыма до небес. Решив закончить спор, он ухватил пробегающего очередной круг торговца за ворот и поднял вверх, прижимая спиной к своей груди. Рыжая борода здоровяка легла на голову поднятого.
- Хватит вам, вы же знакомые. Негоже старым товарищам драццо, а тем боле, что тебя, купец, все же спасли. Кто знает, чего этим головорезам могло в голову прийти.
Кремер отчаянно забил ногами, внезапно оторванными от земли. Но, поняв всю тщетность своего сопротивления, просто повис как набитый соломой мешок, согласно замотал головой.
- Ладно, ладно. Только из-за старой дружбы не откручу его седую башку. А теперь опусти меня на землю. То-то же. Идем, поможешь мне закинуть товар в тачку, все равно уже торговое время закончилось. И не думай, что я забыл о твоей новой безделушке, расскажешь потом, какого хрена ты таскаешь знак инквизитора.
Собрались быстро, не успели песенники даже взять очередной напев, как все было готово. В три пары рук они погрузили непроданный товар в широкие мешки и уложили на тачку, которую пришлось тянуть вручную. Деревянные колеса со скрипом покатились по каменному проулку, оставляя позади празднующих людей. Джозеф все еще молчал, слушал отдаляющиеся вскрики, ловил ртом ветер, что свистел в пустых переулках и казался ледяным после жара кострища. Солнце все еще не зашло, не отпускало этот сумасшедший, насыщенный на беды день. Уходящим пламенным полуовалом, оно оставляло на небе ярко-оранжевый след, тянущийся кроваво-красным заревом вдаль по всему горизонту.
Не вымолвил он ни слова и когда они вышли за небольшие ворота, ведущие за город. В конюшнях купец расплатился за стоянку, погрузил мешки в широкий крытый обоз. Две лошади в серых попонах радостно поприветствовали хозяина, громко засопели, вздымая ноздри, забили копытами о землю. Шевалье пытался рассказать обо всем, но в висках не переставая било, путая мысли, голова при этом не болела. Его знакомый, видя состояние старого друга, не задавал лишних вопросов, поднялся на дышло и ухватился за вожжи. Запрыгнув назад вместе с Гимбургом, Джозеф смастерил себе подстилку из рубах и мешковины. Стоило ему склонить голову, как повозка тронулась вперед, а он с силой стукнулся макушкой о доску. Еле слышно выругался. Левая рука по-прежнему не давала никаких признаков улучшений, все так же не слушала команд. Сам того не заметив, он проваливаясь в сон, запустил правую ладонь в подсумок и крепко сжал в пятерне медальон инквизитора. Фаланги до крови врезались в острые края, но боль к нему так и не пришла.
ЯВЬ. ЧАСТЬ 1
Молодой благородный олень с короткими ветвистыми рожками вышел из лесного массива на опушку. Щурясь от света, он осмотрелся по сторонам, опустил шею, хватая зубами сочную траву и вслушиваясь в подозрительные, непривычные звуки. Цокот копыт нарастал. Конь, одетый в синюю попону с зелеными линиями по краям, пущенной стрелой мчался по лугам, переходил вброд речушки и так же свободно бежал дальше. Молнией, зверь проносился по незаметным тропам, не замедляясь, сворачивал на узкие стежки между деревьями. Вспотевший, мокрый и хрипящий. Он, словно гонимый демоном, изогнулся на ходу, взмыл вверх, перелетая засохший овражек между кустарниками сирени. Проскочил мимо испуганного олененка, который мгновенно скрылся в ближайших ветвях. Всадник в серой накидке поверх мелкой кольчуги наклонился, припав к шее своего верного скакуна, кратко пришпорил покрасневшие грязные бока. За ним мчалась лошадь цвета вороньего крыла с черной гривой. На ее седле из темной кожи, крепко сжимая тесьму в руках, сидела молодая девушка в красной куртке с белой нашивкой. Ветер закладывал наездникам уши, прятал все звуки окружающей природы, развивал ее длинные медные волосы в блестящих переливах от поздних лучей уходящего солнца. Где-то совсем рядом закричала сойка, напуганная громким топотом. Она взмахнула крыльями вверх, пронеслась через плотную крону в небо, оглашая о непрошеных гостях. Сквозь стволы наконец-то показался просвет. Мужчина, ехавший спереди, приподнялся на стременах, разглядывая вдали покосившиеся хибары на равнине, одернул жеребца, чтобы он сбавил ход и перешел с галопа на рысь.