- Давай пройдемся, погуляем по городу. Развеем эту скуку смертную, а то после твоих воякских историй хоть иди вешайся на ближайшем суку.
- Боюсь, - без лишних протестов, рыжий встал, вытянувшись по солдатской струнке и разминая затекшие ноги, - наша охрана за дверью будет немного возражать. Да и ты, кажется, уже перебрала лишку.
- Да пусть они катятся в… гальюн. Или еще куда подальше.
Заявив со всей похмельной серьезностью, магесса в два счета перепрыгнула перила балюстрады и приземлилась на каменной насыпи, чуть не потеряв равновесие. Вышагивая вниз, она махнула ладонью вслед.
- Давай сюда. Чего ты там застрял то?
Стил медлил. По его недостаточно хмельному мнению, вся эта затея была как минимум неразумна и могла обернуться стрелой в произвольном месте. Бросать единственную спутницу, к тому же знающую старую речь, на произвол судьбы не входило в его планы тоже.
Он перескочил невысокое препятствие следом в надежде как можно быстрее ее вернуть, но его замыслы мгновенно потерпели весьма болезненное фиаско. Удержаться не получилось, и рыцарь кувырком покатился вниз, собирая все кусты можжевельника и впивающиеся острые камни. Чертыхающимся валуном, он проехал метров двадцать и остановился у самой дороги из гравия виляющей между рытвинами в город.
Боль ссадин и синяков затмила даже скрытую обиду от хохочущей чародейки стоящей в полумраке. Она же, прикрывая ладонью рот, приблизилась и протянула руку помощи незадачливому прыгуну.
- А говорил мне, что это я набралась. И кто остался на ногах?
- Да, все это весьма забавно. Очень, очень забавно, - ворчал он, отряхивая заляпанные штаны - но давай все же, вернемся назад, пока нашу пропажу не обнаружили.
Магесса мигом запротестовала, отпрыгнула в ближайшую канаву тропы и топнула ножкой, пуская пыль. Розен готов был поклясться, что это озадачило бы даже высший академический совет
- Ну уж нет. Сразу же идти обратно я не соглашалась, можешь даже не рассчитывать.
И ведь правда, надеяться ему на подобное вовсе не приходилось. Не успел он оценить, насколько его потрепало падение, вытряхнуть камушки из едва не слетевших новеньких, любезно подаренных аэрнами ботинок. Как его спутница уже развернулась и умчалась до ближайшего переулка.
Вновь ругнувшись не вслух, он нырнул в глухую темень следом за ней, неуклюжей рысью растворившись между узкими проходами жилых однотипных домиков. Гонимый собственным подсознанием и чувством тревоги, он, слившейся тенью, скользил меж редких, зажженных подвесных масленых чаш, излучающих слепящий короткий свет. Благо, двигаться по прямой тропе пришлось недолго. Уже через пару перекрестков его встретила та же эспланада, служившая центральным торжищем города. Пустые каменные прилавки стояли призрачными рядами топорных скульптур купеческого духа. Под ногами хрустели, хлюпали и сопели остатки давящихся фруктов и ягод, наверняка последствия от дневного переполоха. Вдалеке, меж облаков за горами, сверкнула молния, послышался сотрясающий воздух гул грома. Найти на пустынной площади магессу труда не составило. Первым делом бросались в глаза незамеченные в дневной толпе, но освещенные факелами сейчас две широкие фонтанные конструкции. Идущие из навершия струи разливались каскадом потоков меж размашистых, переплетающихся, вьющихся между собой железных ветвей, вырастающие по центру и оплетающие строение по внутреннему кругу мраморного ряда.
Она стояла на самом краю каймы, сапогами едва не ступая в воду, а серебристые капли нещадно били по ее темным ботинкам, мастерски выделанной куртке, лицу. Протянув руку в тонкой перчатке, Алиенора перебирала пальцами по металлическим листьям доскональной точности, работы, без сомнения, невероятно усидчивого мастера. Рядом, почти незаметно, стояла девчонка с длинной, заплетенной черной косой скрестившая ручонки под грудью. Розен шагал мягко, хоть и понимал, что его присутствие уже давно было замечено. Чародейка заговорила первой, еще до того, как он приблизился.