- Ну вот, все в сборе.
- Может, ты мне объяснишь, что все это значит?
- Я бы с радостью, но пока сама ничего не знаю. – Отвечала она, все так же невозмутимо, не оборачиваясь. Только опустив подбородок, смотря на водную рябь. – Видишь ли, эта юная мадмуазель в суматохе предложила мне сделку, но, за краткостью времени, не вдаваясь в подробности. О сути дела мне пока известно столько же, сколько тебе.
- Могла бы из приличия сказать мне.
- Не бухти. Ты бы явно не согласился на эту встречу по собственной воле. Уж больно скрытный, словно старый лис.
- Эта одна из основных причин, по которой я все еще хожу по земле. Ох, да что я вообще перед тобой распинаюсь? Раз уж я тут, давай уже просто послушаем, что она там скажет.
- Как это ми-и-и-ло, а человеческие парочки всегда так себя ведут? – Судя по невинному выражению личика, молодая аэрнка просто ляпнула, не подумав, и тут же отвернулась, увидев суровый, сощуренный взор магессы. Бывалый же стражник этой детской простодушности не поверил, но смолчал. - Ладно, ладно. Закроем столь болезненную для вас тему. На самом деле я хочу попроситься к вам, к людям. Только без всяких дурацких вопросов касательно того, почему я не хочу оставаться тут и прочего.
- Да неужели? – Все же вопросом он задался, скорее не из любопытства, а чтобы сдержать рвущуюся наружу легкую ухмылку. - С чего бы нам вдруг захотелось раскрыть тебе наш столь превосходный, умопомрачительно интересный человеческий мир?
- С того, что я знаю каждую тропинку в лесу, каждый пень и закоулок. Вы без меня и двух верст не пройдете, не наткнувшись на отряд, который в лучшем случае развернет вас назад, а в худшем пригвоздят к дереву. Только я смогу вас провести, иначе, останетесь вы тут навсегда как торгаш Бартак, а потом вовсе исчезнете.
- Что еще за Бартак? – На сей раз интерес проявила магесса. Капитан едва заметил слабую дрожь в пальцах своей спутницы. На улице действительно сильно холодало от накатывающей к ним бури.
- Торгаш такой, большая и старая людина. Ходил вечно с кислой рожей, да всем тыкал своим знаком весов - серебряной вышивки на льняной рубахе. Его тоже сначала подселили к нам, а потом его просто не стало. Только не уходил он, заметила бы я.
Алиенора и Стил разом переглянулись, но во взглядах обоих стояли лишь беззвучные вопросы, которые могли и подождать. Сейчас их торопило время, они оба понимали, что долго находиться здесь опасно. Розен нахмурился, нервно осматриваясь по сторонам.
- Разве твои родители не станут о тебе беспокоиться? Кроме того, в наших землях полно опасностей для маленьких девочек подобных тебе.
- Это не проблема, я никогда не знала своих родителей. Всю жизнь я прожила на улицах и в лесах, так что опасности меня не пугают. Кроме того, я вовсе не так мало знаю о вас, как кажется. Допустим, я знаю, что вы любите бегать за вашими монетками как тот толстый торгаш, он даже в переулке застрял, пытаясь меня поймать. Вот была умора.
Магесса мягко улыбнулась и вопросительно взглянула на мужчину, тому же это не показалось смешным, скорее наоборот. Словно неприступная скала, он стоял посреди площади, скрестив руки на груди. Пришлось брать инициативу в свои руки.
- Да уж, мы любим подобные развлечения. Давай-ка мы вернемся обратно, под крышу, переждем грозу и там все мирно обсудим да решим, что дальше делать.
Возникшие из ниоткуда стражники, что отбрасывали длинные изогнутые и дергающиеся от света масляных чаш силуэты в узких каменных проулках, ждать не могли. Они пришли как вечерние тени, бесшумно прокладывая себе путь среди торговых стоек, незаметные, подобно диким барсам, неуклонно бредущие к своей добыче. Алиенора учуяла их первой своим невидимым, магическим взором, живо поднесла руки к груди, прочитывая тихое заклятие себе под нос. Капитан и девчонка среагировали чуть позже, озадаченно глядя на две черные, расплывающиеся фигуры, проходящие между торговых рядов и держа тонкие аэрнские пальцы на эфесах искривленных мечей. Стил смотрел на свою спутницу, словно капитан корабля на маяк во время дикого шторма.
- Алиенора, сделай что-нибудь. Если мы предстанем перед Советом за то, что сбежали из-под стражи, нам конец. – Розен глядел с искренней надеждой на девушку, но та молча отрицательно покачала головой. Он знал – она попытается, но ей не хватит сил на такое заклятие после долгих изматывающих дней в дороге. «Смерть на вражеской земле – честь для воина Аториена. Твои предки смотрят на тебя сверху вниз и гордятся тобой» - невольная и глупая строфа старых наставников пронеслась у него в голове, прежде чем стражники приблизились к ним так, чтобы он ощутил их чужеродный дух, возрастающее возмущение и дикий, первобытный гнев воинов аэрнского народа. Прежде чем их отполированные клинки звонко брякнули, вылетая из железных ножен, готовые разорвать нарушителей, людей. Бежать от стражей или сопротивляться им без своего верного клинка на поясе было бессмысленно. Он вышел им навстречу, давая магессе секунды для их спасения. Надежда на то, что они не станут их атаковать как парламентеров, исчезла мгновенно, растворилась в глубине вместе с красными потоками первой крови от кривого лезвия, пронзающего плоть. Невыносимая боль огненной стрелой прошила сначала тело, а затем весь разум, добираясь до самых глубин его сознания. Рыжий глухо вскрикнул и рухнул на колени задрожал всем телом. Ухватившись за эфес, торчащий из груди, он обреченно смотрел за тем, как между пальцами быстрыми потоками утекает его жизнь. Разряды слепящих во тьме молний пронеслись прямо над макушкой, обжигая лоб и щеки, подпаливая рыжие кончики прядей. Его убийца вспыхнул, словно огромный факел, зашипел и мгновенно повалился наземь, забившись в крупных судорогах. Воздух разрезал резкий запах паленого мяса.