Виммон Сиваль облокотился одной рукой на стол и задумчиво уставился в одну точку, упершись подбородком в ладонь. Ни одна мышца на его лице не дрогнула после того, как с улицы зазвучал свист плетки, раздался раздирающий, молящий о помощи крик. Он прождал пять ударов и лишь затем, как все стихло, принялся говорить ледяным, поставленным годами военной службы басом.
- В какое время мы живем, если старые выдумки стали значить куда больше, чем люди на страже покоя. Есть в твоих словах доля смысла, капитан. Значится, пусть этот маленький инцидент останется строго между нами. Кроме того, признаться, я сейчас не знаю наказания хуже, чем быть сосланным на север. Потому возвращайся в Изенвинд и постарайся, пока я не вернусь, не сбежать оттуда в поисках волшебного ночного горшка. Ну, довольно, у меня и без вас тут дел полно. Все, прочь отсюда все лишние. Корчмарь, тебя это тоже касается! Пошел вон, не желаю здесь видеть твою опухшую рожу. Переночуешь у бабки какой, это здание теперь до завтра собственность короны.
Никто не протестовал. Даже владелец заведения, видя, что бывает с теми, кто много возникает. Почти по стенке он прополз на выход и шмыгнул в дверь. Капитан и магесса вышли следом, аэрнка давно стояла на улице, никто в суете не заметил, как она вышла задолго до конца разговора. На улице рыжий увидел ту самую деревню, из которой они вышли с утра. Десятки огней вдали разливались под мерный шум солдатского быта. Во дворе одного из домов он приметил своего коня, что мирно стоял, дожидаясь хозяина. Очевидно, местные не смогли или не захотели его продавать, а вояки пока не успели прибрать его к себе. Алиенора, тоже приметив свою кобылку, пасущуюся неподалеку, тут же оживилась, мельком глянув на капитана, магесса наклонилась к девочке и указала ей на лошадь и коня.
- Нам пора отправляться, милая. Ты не могла бы привести нам наших лошадей, и мы тут же ускачем показывать тебе местные земли. Я, кажется, даже знаю, куда нам сперва отправиться.
Девчонка довольно кивнула. С тех пор как она попала сюда, ее излишняя болтливость словно испарилась, но дух приключений был виден невооруженным взглядом. С удивлением осматривая все вокруг, она быстро побежала к лошадям, крутя головой то влево, то вправо. Ее разноцветные ленточки ярко развивались на бегу в лунном свете. Стил по-прежнему стоял в стороне раздумывая свое положение, глубоко вдыхая свежий воздух после душной и провонявшей корчмы. Мужчина в фартуке же горестно поплелся в сторону деревни, бросив печальный взгляд назад.
- Во всем этом должен быть какой-то смысл. Постой-ка. Эй, корчмарь, погоди минутку, а что было на этом самом месте до деревни?
- Это одиннадцать лет назад то? Дайте-ка припомню, уж давно это было, однако…. Ах да, пришли мы, значится, сюда потому, как видно было, что вся земля пожжена была, раньше, только деревяшки обгорелые да кирпичи кое-какие еще оставались. А так, место было прекрасным и от леса с речушкой недалеко и до тракта рядом. А зола как все знают хорошее удобрение-то для растений. Токма ошиблись мы, ничерта тут не растет, сколько не сажали, словно прокляли всю землицу. Пришлось на три броска камня пашни делать.
- Благодарствую. Иди своей дорогой, старик. Виммон Сиваль держит слово, завтра получишь свою таверну обратно. Слышала, Алиенора, хоть в чем-то аэрны не наврали в своих легендах. Значит, след Мэнингейла утерян, вот и истории конец.
- Я не уверенна, что все кончено. Стил, ты должен ехать в столицу и выполнить приказ короля. Я же с нашей ушастой девчонкой отправляюсь к могиле Лероса и Иоланды. Что-то мне подсказывает, что после того как маг спалил здесь свое поместье, он тут же отправился туда. Возможно, там мы сможем найти зацепки на свои вопросы. Встретимся в Талледе аккурат по твоему прибытию.
- Ты думаешь, это хорошая идея разгуливать с ней по северу? Мы даже до сих пор не знаем ее имени. А если кто увидит ее уши…
- Не волнуйся, я сделаю их незаметными. И уж поверь, нам будет о чем поговорить в дороге, а не только об именах. В конце концов, не будь таким злюкой, не забывай, что она спасла нам жизнь.
- А ты не забывай, что если бы не она, то не было бы нужды нас спасать. Впрочем, давай уже оставим это. Я слишком устал.
Несмотря на удачный финал, капитан чувствовал пустоту и, раздумывая о грядущем походе на север, ощутил странный, леденящий холод изнутри. Он знал это чувство - мерзкий, липкий страх перед неизвестным. Пытаясь спастись от грустных мыслей, вслушался в ночную тишину, то и дело разрываемую окриками солдат, да завываниями теплого ветра, но в его душе царила странная тоска. Она, казалось, разрывает его напополам, не давая сосредоточить на чем-то действительно важном и значительном. На том, что рвалось ураганом из груди и одновременно стояло комом в горле. И все же он сказал, сам не замечая как выдает свое волнение.