Высокая стальная ограда, оснащённая фонарями, сигнальными датчиками, сторожевыми башнями, конечно, должна сыграть свою роль в системе обороны индустриального мира. Однако всякому ясно, что одними военными мерами противостоять наступлению бетинцев невозможно. Фронт сегодняшней борьбы бесконечно шире, он имеет много невидимых участков, тянется в сферах идеологии, политики, юстиции, образования, религии, культуры, и именно здесь ситуация выглядит особенно тревожной. Именно здесь индустриальный мир отдаёт без боя важнейшие позиции одну за другой. Вглядимся же в новейшую историю сражений на этих фронтах, попробуем оценить ширину пробитых противником брешей, число разрушенных крепостей, глубину тайных подкопов.
Внешняя политика
Любопытный феномен можно наблюдать в американской политической жизни в период, начавшийся после конца Холодной войны: раз за разом исход президентских выборов решается ничтожным перевесом голосов. Дошло до того, что в 2000 году состязание между Бушем-младшим и Ал Гором должен был решать Верховный суд. Это означает лишь одно: способы анализа общественного мнения достигли такого совершенства, что команды профессионалов, руководящие предвыборными кампаниями кандидатов, могут приводить своего ставленника к финишу оптимально соответствующим "мнениям народа". Победил бы Гор — он был бы вынужден и во внутренней, и во внешней политике делать те же шаги, что и президент Буш Младший, если бы хотел, чтобы его партия получала поддержку избирателей на местных и общенациональных выборах.
Политические идеи и убеждения американцев — реальная сила, в огромной степени влияющая на внешнюю политику страны. В интересующей нас сфере отношений с отставшими народами среди этих убеждений можно выделить два столпа, два священных догмата:
Первый: демократическое правление есть идеальная форма устройства человеческого общества, доступная и открытая каждому народу.
Второй: Каждый народ имеет право на самоопределение, на национальную независимость, получив которые он неизбежно — если не вмешаются злые силы — учредит у себя демократию.
Скорее всего эти два мифа так прочно утвердились в сознании американцев потому, что они отражают два главных момента их собственной истории: а) отделение от Британской метрополии (самоопределение); б) учреждение республиканского строя (демократия). Американская история увенчалась успехом, привела страну к процветанию и могуществу — значит нашему примеру могут — и должны — последовать другие народы.
Тот факт, что демократия не удержалась ни в одной мусульманской стране (даже в Турции армия должна время от времени брать власть в свои руки), во внимание не принимается. Невыполнимые требования демократизации предъявлялись и предъявляются странам и народам, не имеющим никаких традиций правового социально-политического устройства, всегда управлявшимся силой и авторитетом властителя. Падение дружественного, но недемократичного шаха Ирана привело к власти смертельного врага Америки — аятоллу Хомейни. Свободные демократические выборы в полосе Газы привели к власти террористов Хамаса. Если идолопоклонникам демократии удастся в ближайшие годы свергнуть королевское правительство Саудовской Аравии и провести там свободные выборы, в президентское кресло — получив 99,99 % голосов — усядется Осама Бин Ладен. Попытки насадить демократию в Афганистане и Ираке закончились кровавым хаосом, из которого этим странам не выбраться ещё много-много лет.
Конечно, миф, воссиявший в народном сознании, невозможно погасить щелчком выключателя. И всё же стратегия борьбы с наступающими бетинцами непременно должна включать в себя упорную борьбу с этим догматом. Мы должны неустанно объяснять — для начала хотя бы своим прекраснодушным друзьям и замороченным либеральными учителями детям, — что демократия — великолепное достижение цивилизации, но, как большой храм, её можно выстроить только на прочном и глубоком фундаменте морально-религиозных устоев. Если этого фундамента нет, если политические традиции не содержат в себе представлений о священной ценности каждой человеческой личности — как сосуде для искры Божественного огня, — всё здание рухнет, как только вы уберёте оккупационные или колониальные войска. Нельзя построить небоскрёб там, где в качестве строительного материала есть только брёвна. Поэтому нам придётся ещё долго терпеть военные режимы в Пакистане, Египте, Алжире, Иордании, Сирии и многих других странах, потому что единственная жизнеспособная альтернатива им — исламский тоталитаризм иранского образца.