Смысл глухого противоборства, протекающего под плёнкой внешней стабильности, можно свести к противоборству двух сил: модернизаторы против фундаменталистов. Модернизаторы признают неизбежность наступления индустриальной эры и пытаются делать шаги ей навстречу. Фундаменталисты убеждены, что от наступающих перемен можно укрыться за стеной веры — нужно только укрепить её в сердцах людей, подчинить их священным заветам Корана, отгородить от тлетворных соблазнов индустриального мира. Подобный расклад сил мы видим и в других мусульманских странах: Египте, Алжире, Иордании, Пакистане. И всюду главное обвинение фундаменталистов против правительств этих стран, их самый страшный грех: секуляризм. То есть по сути — попытка отделения церкви от государства.
Для западного человека раздельное бытие политики и веры является само собой разумеющимся. Он уже не помнит, что заплачено за это разделение было столетием страшных религиозных войн, заливавших кровью Европу с 1555 по 1649 год. Именно это разделение стало преддверием — и необходимым условием — начала индустриальной эры, в которой критерии справедливости, рациональности, логики и пользы оттеснили критерии святости и небесного откровения. Но для народа, не прошедшего эту мучительную трансформацию, выбор далеко не так очевиден. Как можно требовать — ждать — от подданных подчинения светской власти, которая не озарена благословением свыше? Императоры в Древнем Риме объявляли себя верховными жрецами и богами, короли и цари в Средневековой Европе считались помазанниками Божьими. Точно так же и королевская власть в Саудовской Аравии оправдывает — объясняет — своё господствующее положение ролью главной защитницы и хранительницы величайших мусульманских святынь. Она делает всё возможное, чтобы не прогневать фундаменталистское большинство, жадно впитывающее проповеди имамов и шейхов в мечетях.
А уж там пропаганда ненависти к индустриальному миру клокочет повседневно и неудержимо. И конечно, для более широкого распространения, использует одно из технических новшеств этого мира — магнитофонные ленты, летящие от одного кассетника к другому, минуя любые цензурные запрещения.
Смысл этих проповедей: мы — избранный Аллахом народ, обретший истинную веру, поэтому можем и должны убивать всех неверующих как врагов Аллаха. Дети неверных — это наши будущие враги, их женщины могут рожать только наших врагов, их старики — это враги на покое, с руками, запятнаными кровью мусульман. Поэтому убивайте всех без разбора и колебаний. "Джихад — это вершина Ислама, — разъяснял шейх Газави в мечети в Мекке. — Джихад защищает мусульман и территории Ислама, а также расширяет границы принявших подлинную веру… Муджахеддины, которые ищут геройской смерти или победы, являются террористами только для врагов Аллаха. Джихад, о верующие, — это неотъемлемая часть нашей религии. Слово террор используется западной прессой, чтобы оскорбить основание нашей веры".35
Те же идеи, призывы и аргументы переполняют речи, интервью, послания Осамы Бин Ладена. В августе 1995 года, в своём письме к королю Фахду, он обвинял его в коррупции и капитуляции, призывал отречься от трона. "Вы платили миллионы и миллионы долларов секулярному правительству Сирии, которое перебило тысячи мусульман в Хаме (1982). Вы поддерживаете деспотический режим в Алжире, который терзает мусульман в этой стране… Деньгами и оружием вы снабжаете христианских повстанцев на юге Судана… Ваша финансовая помощь Арафату помогла ему сделать то, чего не смогли добиться израильские оккупанты: подавить Хамас и Джихад… Ваше королевство превратилось в американский протекторат, а сами вы оказались под пятой Вашингтона".36
В 1994 году королевское правительство лишило Осаму Бин Ладена саудовского гражданства и объявило изгоем. Оно не раз подсылало убийц к непокорному в Судане и Афганистане (он переехал туда под крыло талибов в 1996 году), но все покушения окончились неудачей. Дюжина верных телохранителей всегда окружала лидера Алкайды, но даже они до последнего момента не знали, в какой из заранее оборудованных пещер в Афганских горах он решит провести очередную ночь. Из этих пещер, оснащённых компьютерами, факсами и Интернетом Бин Ладен руководил военными операциями, сотрясавшими индустриальный мир и, в первую очередь, — США.