– Разумеется, – смилостивился Турфиан. – Как только мы решим проблему с «идущей по небу» с «Бдительного».
Ар’алани поморщилась. Она-то надеялась, что об этом вопросе они забыли.
– Я обещала воспитательнице, что сама присмотрю за Че’ри. Не вижу никаких препятствий тому, чтобы делать это и в дальнейшем.
– Не видите? – переспросил Турфиан. – Вы, адмирал и командующий линкором класса «Ночной дракон», полагаете, что можете уделить достаточно времени уходу за ребенком? – Он покачал головой: – Нет. До вашего отлета с Цсиллы мы должны найти вам новую воспитательницу.
– Боюсь, это невозможно, – сказал Ба’киф. – Все «идущие по небу» и воспитательницы назначены на другие корабли.
– Позвольте внести предложение, – встрепенулся Зисталму. – Моя жена до свадьбы два года работала воспитательницей. Ее послужной список безупречен. Восстановите ее в должности, и мы вместе с ней готовы хоть сейчас взойти на борт «Бдительного».
– Талиас выбрала меня, – твердо стояла на своем Ар’алани. – Поскольку она официальная воспитательница Че’ри, то, пока они несут службу на моем корабле, за Талиас решающее слово, кому делегировать свои обязанности.
– Но сейчас она не на борту вашего корабля, – возразил Зисталму.
– Она была там, когда по всей форме передала мне полномочия, – отрезала адмирал. – Я не намерена ими поступиться, и не в вашей власти освободить меня от них.
– В моей власти…
– Довольно, – оборвал их спор Ба’киф. – Синдик Зисталму, как далеко сейчас ваша супруга?
– Она может приехать сюда в течение двух часов.
– Тогда позвоните ей немедленно, – распорядился генерал. – Адмирал, я подтверждаю, что по уставу ваша позиция верна. Но и синдик Турфиан был прав, когда напомнил вам о служебном долге. В связи с этим я постановляю, что супруга синдика Зисталму разделит с вами обязанности воспитательницы, причем в ваше отсутствие будет обладать всей полнотой полномочий. Вопросы?
Ар’алани постаралась сдержаться, чтобы не хмуриться. Последнее, чего она хотела, – это чтобы в жизнь Че’ри ворвалась посторонняя женщина. Девочка и так с трудом привыкала к чужому обществу – так зачем усугублять?
К тому же она категорически была против присутствия синдика на мостике своего корабля. Не хватало еще, чтобы он следил за каждым ее шагом, вне всяких сомнений собирая компромат на будущее. Неужели Ба’киф не понял, что это очередная попытка Синдикуры вклиниться в сферу ответственности флота?
– Вопросов нет, генерал, – натянуто протянула она.
– Хорошо. Благодарю за неравнодушие и за вклад в общее дело, синдики. Синдик Зисталму, вас с супругой будут ждать на челноке адмирала Ар’алани в течение трех часов. После чего вы немедленно отправитесь на «Бдительный». Адмирал, не уделите мне еще минутку?
Пока синдики шли к выходу, Ар’алани сидела на прежнем месте, неотрывно глядя на генерала. Как только дверь за ними закрылась…
– Даже не начинайте, – предупредил ее тираду Ба’киф. – Да, не идеально. Я бы сказал, далеко не идеально.
– Тогда зачем вы согласились?
– У меня не было выбора. Если бы я не пустил Зисталму на «Бдительный», он бы так замордовал нас бюрократией, что Траун умер бы там от старости. – Генерал помолчал. – И еще одна загвоздка в том, что на самом деле никаких полномочий вам не передано… поскольку Талиас и сама официально ими не обладает.
Ар’алани невольно прищурилась:
– О чем вы говорите?
– О том, что она получила свою должность на «Реющем ястребе», заболтав офицера любезными речами, – поведал Ба’киф. – Она сама была «идущей по небу», так что это упростило процесс забалтывания, но факт остается фактом: у нее нет официального допуска.
– Но она из семьи Митт, – напомнила Ар’алани, пытаясь разобраться в новой информации. – Не думаете же вы, что Турфиан, с его подозрительностью и вовлеченностью в семейные дела, упустил такое событие из внимания?
– Наоборот, – мрачно произнес генерал. – Насколько мне известно, он нарисовался в последний момент, чтобы помочь ей получить должность.
– Вот как. И какова же плата за эту помощь?
– Не знаю. Но плата была назначена или будет назначена в будущем. Зная Турфиана, в этом можно не сомневаться. Заметьте, он мог озвучить свои возражения во время нашего разговора, и тогда ваши доводы разлетелись бы как карточный домик. Но он не сделал этого. Спрашивается почему?
– Возможно, потому что он скорее предпочел бы оставить «идущую по небу» на моем попечении, чем полностью перепоручить ее заботам члена семьи Иризи, да еще жены синдика.