– У меня была старшая сестра, – тихо, едва слышно сказал Траун. – Когда ей было пять лет, она пропала. Родители так и не сказали мне, куда она делась.
Талиас распахнула глаза. Он сидел все в той же позе, погруженный в свои мысли. Но теперь в его глазах что-то отражалось. Далекая, тщательно скрываемая, но не проходящая боль.
– Сколько вам было тогда?
– Три года, – ответил он. – Я долгое время думал, что она умерла и я больше никогда ее не увижу. Только когда я дослужился до звания с допуском на мостик, мне сообщили о существовании «идущих по небу», и я понял, что ее, наверное, забрали на службу. – Улыбка, мелькнувшая на его губах, была пропитана той же отстраненной печалью. – Но я все равно ее не увижу.
– Может, увидите. – Талиас почувствовала смутное желание утешить его. – В архивах должны быть записи.
– В этом я не сомневаюсь. Но большинство «идущих по небу» после окончания службы предпочитают кануть в забвение, и в Доминации давно научились уважать это желание. – Он поднял руку: – Впрочем, у каждого из нас есть свои горести, так же как и несбыточные надежды. Залог счастливой жизни – смириться с тем, чего не можешь изменить, и изменить к лучшему то, что можешь.
– Да, – вздохнула Талиас. Тот факт, что явление неизменно, не означает, что его нельзя пошатнуть. Иногда тайное становится явным, и даже Траун может ошибиться.
– Пока мы здесь, предлагаю отдохнуть и обдумать нашу дальнейшую стратегию, – продолжил капитан, вынимая из кармана колоду карт. – Выбирайте, в какую игру играем первой.
Глава 14
– Авы точно знаете, – спросил Зисталму, – чего он от вас ждет?
Глубоко вдохнув, Ар’алани призвала на помощь все терпение, какое у нее осталось.
– Да, синдик. По-моему, мы уже не в первый раз это обсуждаем.
– А ведь я вполне серьезен, – продолжил он, делая вид, что не услышал ее. А скорее не поверил. – Если гарвианцы или ваки откажутся его выдавать или будут отрицать, что им что-то известно, мы разворачиваем корабль и летим домой.
– Я поняла, – обронила Ар’алани.
Это не означало, что она разделяла его мнение. Или что намеревалась выполнять его дурацкие требования.
Конечно же, неповиновение синдику могло стоить ей карьеры. Но она уже столько раз рисковала карьерой, что это почти вошло в привычку.
Непривычным было другое – упорство и единодушие, с которыми Зисталму и Турфиан пытались извести Трауна. Она размышляла над этим вопросом с самого отлета из Доминации, но ни на шаг не приблизилась к разгадке.
Возможно, пришла пора разобраться.
Ар’алани посмотрела в сторону пульта навигатора. Че’ри сидела ровно, дышала размеренно. Глубоко погрузившись в Третье зрение, девочка вела корабль к Праймиа. Рядом с ее креслом стояла жена Зисталму, которая так и не назвала своего имени, но настаивала, чтобы все на борту звали ее «няня». На вкус Ар’алани, это звучало как назойливое сюсюканье. Возможно, потому дама и не продержалась в воспитательницах дольше двух лет.
Но в данный момент имело значение лишь то, что еще примерно с минуту ни она, ни кто-либо другой не приблизится настолько, чтобы услышать ее слова.
– У меня к вам вопрос, синдик, – остановила Ар’алани начавшего было отворачиваться Зисталму. – Из праздного любопытства.
– Слушаю вас.
Она посмотрела ему в глаза:
– Почему вы с синдиком Турфианом так ненавидите Трауна?
Она ожидала увидеть хоть какую-то реакцию, но, к ее удивлению, Зисталму и бровью не повел.
– Наконец-то, – бесстрастно выдал он. – Я с самого отлета с Цсиллы ожидал, когда же вы поднимете этот вопрос.
– Вы уж извините, голова была занята другим. Так вы ответите?
– Сначала задайте правильный вопрос, – буркнул синдик. – Мы не испытываем к Трауну ненависти. Сказать по правде, мы оба восхищаемся его воинскими талантами. Мы против его взлета, потому что он представляет угрозу для Доминации.
– Для Доминации? – уточнила Ар’алани. – Или для семьи Иризи?
Зисталму покачал головой:
– Вы и правда не видите, в чем загвоздка? В таком случае продолжение разговора бессмысленно.
– Извините за прямоту, синдик, но я не нахожу его бессмысленным. Вы на борту корабля под моим командованием и обязаны отвечать на любой вопрос, который я сочту уместным, и подчиняться любому приказу, который я сочту нужным отдать. Если только вы не станете ссылаться на то, что информация официально засекречена Синдикурой – и уж не сомневайтесь, я найду способ это проверить, – вам придется объяснить, почему Траун представляет угрозу для Доминации.