Илли Аш-Инай восседала на одной из лучших лошадей из конюшен наместника лорда дель Вантера. Вслед за ней везли дары: меха, ткани, расшитые золотом, украшения из кости и драгоценных камней, кубки из серебра. Илли приняла их с благосклонностью и достоинством, как положено даме её положения. Глядя на её гордую осанку и благородный профиль, едущий рядом Раин с трудом верил, что эта женщина приходила к нему прошедшей ночью. Он опасался, что Аш-Инай затаит на него обиду и они плохо расстанутся, но к его удивлению, на прощание девушка протянула ему руку и сказала, что несмотря на постигшее её горе, Раин смог дать ей утешение и она всегда будет помнить об этом.
Уезжая, Аш-Инай обернулась и улыбнулась ему так, словно между ними и правда что-то случилось. Раин остался в замешательстве. Он ловил на себе заинтересованные взгляды воинов и не знал, что думать. Всю обратную дорогу Раин видел, что Барт мучается любопытством. Но, к счастью, тот так и не решился ничего спросить.
По возвращению Раин первым делом направился к отцу. Нашел его в кабинете, сосредоточенно читающим какое-то письмо. Однако, увидев сына, наместник отложил бумагу.
- Что-то серьезное? – спросил Раин, указав глазами на письмо.
- Возможно. Брат просит в ближайшее время навестить его в Астере[5]. О причине не пишет, - коротко ответил наместник и спросил главное: - Ашканийцы уехали?
- Да. Мы проводили их до самой границы.
- В каком настроении была илли Аш-Инай?
Раин припомнил прощальную улыбку девушки.
- Мне кажется, у неё остались хорошие впечатления о нас, - ответил он, располагаясь в кресле напротив отца.
- Во многом это твоя заслуга. Жаль, мы так и не узнали, зачем она приезжала.
Раин непонимающе нахмурился.
- Сопровождала брата? Ты помнишь, ами[6] Кай-Неоши вез предложение от Владыки по спорным землям.
Наместник встал изо стола и заложив руки за спину, прошёлся по комнате.
- Переговоры по спорным землям ведутся уже не одно десятилетие. И никто из послов ни разу на моей памяти не приезжал с женщиной. Они даже жен с собой не берут. Ашканиянки всегда остаются дома. Политикой занимаются только мужчины – это их закон и традиция.
- Ты считаешь, что истинная цель визита ашканийцев была другой?
- А вот это мы с тобой попробуем выяснить, - отец поманил Раина рукой и направился к двери. – Сегодня утром уехали не все ашканийцы. Я убедил илли Аш-Инай, что один из раненых не доживет и до вечера и нет смысла брать его с собой.
- Ты соврал? – удивился Раин.
- Преувеличил, - ответил отец и пока они шли по коридорам, продолжал рассказывать. – Раненый действительно плох. Но сколько он проживет даже лекари не берутся сказать. Для нас главное, чтобы он ответил на наши вопросы.
- А если он не знает ответов?
Отец взглянул на Раина:
- Нам повезло. Раненый был правой рукой ами Кай-Неоши.
В комнате, куда они пришли, остро пахло микстурами. Несколько кроватей были пусты и лишь на одной лежал темноволосый мужчина средних лет. Недалеко от него полная служанка промывала тряпки в тазу с водой, но отвлеклась, когда увидела наместника с сыном. Присела, приветствуя и сказала:
- Я только что сделала ему перевязку.
- Хорошо. Он может говорить? - спросил лорд дель Вантер.
- Да, милорд, он в сознании.
- Замечательно. Тогда можешь идти.
Служанка подхватила тазик и, несмотря, на свою полноту, споро вышла из комнаты.
Мужчина на кровати был бледен, а лоб покрывала испарина. На звук голосов он открыл глаза.
- Милорды… - проговорил он, попытавшись приподняться на постели.
- Лежи, - остановил его наместник. – Тебя, кажется, зовут Улиш?
- Верно. Вы уже приходили сюда, я помню.
Раин видел настороженность в воспаленных глазах раненого и, чтобы хоть немного расположить его к себе, сказал:
- Ты можешь говорить по-ашканийски. Мы понимаем твой язык.
- Спасибо, милорд.
- Хотим сообщить тебе, что илли Аш-Инай уехала сегодня утром. К сожалению, она не пожелала взять тебя с собой, - сказал наместник ничего не выражающим голосом.
Но раненый опустил глаза и сник.
- Ами взял бы, - проговорил мужчина и Раин услышал в его голосе горечь.