Надо же было хоть чем-то занять себя в ожидании утра! Кроме того, из-за надрывных завываний девчонки Паркинсонов мне все равно не удалось бы заснуть!..
Вновь ожившая Гермиона отрывистыми и скованными движениями протянула свою едва заметно дрожащую руку с изумительно-поблескивающим элегантным кольцом к некогда добротной и качественной материи (все-таки мадам Малкин всегда знала толк в мантиях, этого было у нее не отнять…). Нерешительно-робкие тонкие пальцы сомкнулись на столь любезно «воскрешенной» черной ткани и с почти такой же нарочитой медлительностью потянули ее за собой. Когда она, наконец, соскользнула ей на колени, Грейнджер принялась рассматривать превосходный результат затяжной бессонницы миссис М. с такой внимательно-недоверчивой придирчивостью, будто бы видела свою мантию впервые. Не без удовольствия наблюдая за ее приятно-ошарашенным неверием, волшебница жалела только о том, что все же не успела без всякого спроса отпороть несуразно-дурацкую факультетскую эмблему и заменить ее, например, крохотной змейкой или миниатюрным драконом, которые испокон веков изображались на фамильном гербе Малфоев!.. Нарцисса, тихонько закрывшаяся в отведенной ей части внутренних покоев гостеприимной Мадам Помфри, как раз навела палочку на изрядно потрепанную и наполовину оторванную нашивку со львом, но тут в малолюдное и безмятежно спящее Больничное крыло неожиданно внесли новую пациентку, которой оказалась… Слава Мерлину, это был не кто-то из ее своенравно-взбалмошных и сумасбродно-непослушных детей…
Пэнси бессчетное количество раз бывала в Мэноре на помпезно-пышных банкетах, которые очень часто устраивались там по поводу и без, вместе со всей своей семьей. Единственная дочь Паркинсонов, к великому сожалению, никогда не отличалась особой внешней привлекательностью или незаурядными интеллектуальными способностями, но зато она явно неровно дышала к Драко, в связи с чем Люциус моментально занес ее (а, вернее, потенциальную золото-материальную обеспеченность ее возможного приданого…) в длинный-предлинный список самых состоятельно-благополучных и благородных чистокровных пассий для своего сына. Несмотря на то, что им нередко попадались куда более обеспеченные подходящее претендентки, Малфой Младший с все более охотным упрямством проводил время именно с заискивающе-благоговейно заглядывающей ему в рот Пэнси, открыто и беззастенчиво играясь-развлекаясь с ней, при этом вряд ли испытывая что-то более серьезное чем, плотский… интерес. Так вот, после того как они, очевидно, впервые после свержения Темного Лорда увиделись вчера на пиру в Большом зале… Как лаконично-метко и невозмутимо-сухо констатировала не склонная к излишнему сентиментализму Мадам Помфри: «Пациентка сильно переволновалась за ужином, напоим ее успокоительными настойками и выпишем завтра же к первому уроку!».
Паркинсонам следовало бдительнее присматривать за своей дочерью… Вот я со своих детей глаз не спущу!..
— Дорогая моя, ты так ни к чему и не притронулась! Сделай мне милость, съешь что-нибудь! А потом я отведу тебя на занят…
— Гринграссы! Входят в «Священные двадцать восемь» чистокровных семейств, — заботливо-нежное воркование миссис Малфой, которая все еще ожидала благодарных хвалебных од в свой притворно-скромный адрес, было самым бесцеремонным образом прервано, а сама она осеклась на полуслове и вот уже второй раз за это беспокойное утро недоуменно уставилась на Гермиону во все глаза. С ней уже очень давно не приключалось подобных постыдно-неприемлемых оплошностей: во-первых, моментально опешившая от такой неожиданно-резкой смены темы разговора Нарцисса попросту не нашлась, что на это ответить, а во-вторых, вновь беспечно предавшись собственным размышлениям о прошлом-настоящем-будущем своей семьи, каким-то непостижимым образом умудрилась проморгать тот момент, когда прямо сейчас всецело поглощенная сосредоточенно-внимательным чтением вновь помрачневшая Грейнджер успела раздобыть «Ежедневный Пророк». — Что вам о них известно? Они способствовали становлению Волан-де-Морта?
— Все волшебники нашего круга состоят в близком или дальнем родстве. Но в прошлом нам не слишком часто приходилось пересекаться с Гринграссами. Их старшая дочь училась вместе с Драко. Вроде бы ее зовут Дафна, но я могу ошибаться… — осторожно-настороженно начала миссис Малфой, мельком окидывая утрамбованно-скукоженную газетенку, мелко трепещущую в непослушных руках Гермионы, своим скептически-презрительным взглядом. Свежий выпуск самого крупного, легкоподкупаемого и, соответственно, полностью подконтрольного британскому Министерству Магии СМИ, почти не вызвал у нее никакого любопытства. — Что касается Темного Лорда, то практически все чистокровные семьи, за исключением предате… Кхе-кхем… Все мы опасались неминуемой расправы и вынуждены были так или иначе примкнуть к нему, — несмотря на то, что непродолжительное, но очень незабываемо-запоминающееся пребывание в практически полном отчуждении в мире простецов заставили Нарциссу ужасно затосковать по таким простым житейски-повседневным мелочам, как регулярное получение общедоступной магической прессы… Почему-то именно сейчас ей так некстати припомнились трижды поименно проклятые авторы, редакторы и иллюстраторы тех обширно-необъятных статей, которые неустанно обливали отборно сфабрикованными журналистскими помоями не только всех Малфоев без исключения, но и тех, кто был как-либо с ними связан. — Однако хоть Гринграссы и придерживались идеалов чистоты крови, никто из них не горел желанием воевать и умирать за него. Среди Пожирателей Смерти они считались одними из наиболее ненадежных сторонников. Но… Почему ты вообще спрашиваешь об этом? О них упоминают в «Пророке»?