Теперь-то ты точно мне попадешься! С Трансфигурации тебе никак не улизнуть! Это же Макгонагалл, а не Слизнорт!..
— …всем тем, кто хотел бы на добровольной и безвозмездной основе помочь в реконструкции замка, я рекомендую на досуге попрактиковаться с использованием хорошо известного всем вам заклинания «Дуро»…
В бессчетный раз вывернув-перевернув свою пошарпанно-изношенную сумку вверх дном, суетливо копошащаяся в ней Джинни решилась временно оставить свои вещи в покое. Она с периодически свойственной ей торопливой неряшливостью повесила ее на спинку покосившегося стула и, тяжело вздохнув, снова удрученно уставилась в свой девственно-чистый пергамен, на котором, по идее, должна была красоваться свежезаписанная лекция Макгонагалл, но ее там не было и в помине. Сокрушенно размышлять над тем, какой неприглядно-недостойный пример совершенно не слушающая директора префект Гриффиндора подает остальным ученикам своего факультета, было некогда.
Да и незачем, ведь у нее на этот счет имелось заранее заготовленное и железобетонно-обоснованное оправдание в лице… Точнее, в лицах. Гермиона. Малфой. Гермиона и Малфой. ГЕРМИОНА И МАЛФОЙ, БЛИН!!! Как это невероятно-небывалое, невообразимо-сомнительное и немыслимо-беспрецедентное вообще могло случиться?!! И дело было отнюдь не в том, что пухнущая и вот уже много часов подряд раскалывающаяся от беспокойного нервного перенапряжения огненно-рыжая голова слыла далеко не такой умной, как у ее лучшей подруги… Джинни не спалось, не елось, не пилось. Она, как практически и все остальные, попросту не могла думать ни о чем другом, кроме того, что увидела вчера вечером на пиру.
Официальная воодушевляюще-напутственная речь директора Макгонагалл о смирении, прощении и светлом будущем для всего магического сообщества была благополучно пропущена мимо сотен пар архи-внимательно прислушивающихся ушей, перманентно-навостренных в сторону того стола, за которым как ни в чем не бывало друг напротив друга восседали Героиня Войны и Пожиратель Смерти («бывших» среди них никогда не водилось…).
После окончания феерически-незабываемого представления с участием всего лишь одного клоуна, преобладающее торжественно-праздничное настроение мгновенно улетучилось, а сверхмерно разозленные Дин, Деннис, Джимми и еще пара неравнодушных старшекурсников с Пуффендуя оперативно сговорились объединенно-коллективными усилиями размазать совсем попутавшего берега слизеринского царька по ближайшей стенке в коридоре, едва только тот выйдет за порог Большого зала.
Джинни пришлось приложить немало напрасно срывающих голос усилий для того, чтобы хоть как-то донести до всех охреневающих и буквально слетающих с катушек присутствующих незамысловато-простую истину о том, что Гермиона (из-за широкой спины Малфоя ее было почти не видно…) является невольной заложницей всей этой безвыходно-дерьмовой ситуации, а от масштабной студенческой потасовки, устроенной в первый же день после открытия Хогвартса, лучше совершенно точно не станет, причем не только ей, но и вообще никому. Тем не менее взывать к здравомыслию и благоразумию разгоряченных гриффиндорских парней, всерьез настроившихся на свое излюбленное мальчишеское развлечение под названием «а давайте-ка дружно отметелим кого-нибудь!» было изначально обреченно-гиблой затеей. К счастью, директор Макгонагалл, неотрывно следящая за развитием всех этих событий, вмешалась как раз вовремя, чтобы самолично эвакуировать эту сверхпопулярную парочку (какой-то недалекий пуффендуец, крайне неуместно и бестактно ляпнувший «сладкую», тут же схлопотал звонкий подзатыльник от в конец разъярившегося Томаса) подальше от укрепляющего свои выбитые костяшки какими-то малоизвестными заклинаниями Джимми и одобрительно кивающих ему остальных.
Я так надеялась, что сегодня ты сама подойдешь ко мне и, наконец, объяснишь… Если не все, то хотя бы что-то! Но почему ты до сих пор этого не сделала, когда было столько возможностей уединиться и поговорить?! Неужели я не заслуживаю права знать, что происходит?!!