Создавалось необманчиво-явственное впечатление того, что Гермиона заперлась там, дабы вдоволь нашвыряться многотонными слонами о стены и непрерывно вести какой-то нечленораздельно-завывательный диалог с самой собой. Ну, и так, между делом, разнести всю чертову ванную к е_еням: билось, громилось и раскалывалось где-то там внутри, а ходящий ходуном потолок рисковал обвалиться здесь, причем не исключено, что прямо на Малфоя, но он даже и не помышлял о том, не то, чтобы двинуться с места, а просто шелохнуться.
Давай, Грейндж… Побуйствуй вдоволь и возвращайся назад в спальню. Сама. Не заставляй меня идти за тобой. Вытирать твои слезы, обнимать тебя, прижимать к себе… Нести какую-нибудь лживую утешительную х_йню про то, как прекрасно мы с тобой теперь заживем, потому что иначе… Ты догадаешься. Сразу все поймешь…
Драко продолжал лежать поверх насквозь взмокшей от попеременно горяче-холодного пота скомканной простыни, изредка конвульсивно вздрагивая от ослепляюще-режущих замутненные глаза магических вспышек. Они четко просвечивались через крохотный кривой зазор между просевшим дверным полотном и неровным невысоким порогом, из-за которого в комнату с мерно-тихим и даже приятным обостренному слуху журчанием прибывала неспешно льющаяся из ванной вода. С добровольно выпадающим из быстро вздымающейся груди надкусанно-рваным сердцем, Малфой безмолвно и с попеременным невыдающимся успехом отговаривал-уговаривал себя оставаться здесь и не идти туда. Наверное, это вообще было возможным только благодаря тому, что он, во-первых, не подох в луже собственной блевотины (что, безусловно, радовало, но не то чтобы слишком…), а, во-вторых, окончательно очухался только тогда, когда она уже почти перестала плакать. Мерлин, то, что он увидел внизу в гостиной, ни в какое даже отдаленно-ничтожное сравнение не шло с ее слезливой яростью, злостью или раздражением. Он даже не подозревал о том, что Грейнджер может так плакать… Так, что молниеносно возникало непреодолимо-дикое желание сделать вообще все, что угодно, лишь бы только она перестала!.. В общем и целом, второй умопомрачительно-головокружительный кружок на этом принадлежащем лишь им двоим садомазохистском аттракционе, он совершенно точно не вынес бы…
Ну, сколько можно?.. Когда ты утихомиришься? Я же сказал, что не сержусь на тебя… Слава легилименции!.. Не зря столько времени на нее убил…
Слизеринцу бессчетное количество раз доводилось слышать скучно-длинные приукрашенные россказни о совместных славно-героических похождениях наконец-то разлучившейся троицы теперь уже, так сказать, от одного из первоисточников… В основном это были чуть ли не до девчачьего визга воодушевленные хвалебные оды с всегдашнем одинаковым содержанием и неизменно-пафосной концовкой а-ля: «Сначала Поттер то, потом Поттер се и все! Всех победил!», которые, при особо сильно-яром ув-ле-че-ни-и-и маленькой восторженной рассказчицы практически моментально выбешивали Малфоя, и он еле-еле удерживался от того, чтобы не зарычать и не разъ_бать первое, что попадется под руку, но… Но!.. Благодаря тому, что Грейнджер частенько забывалась и явно наговаривала гораздо больше, чем планировала поведать изначально, Драко доподлинно узнал, что: «…у Гарри врожденный талант к защите от Темных искусств! Почти никому не удавалось превзойти его по этой части! Наверное, во многом именно благодаря этому ему удалось одолеть Волан-де-Морта!». В пока еще толком не оформившейся и никуда не ведущей теории это многое поясняюще-проясняющие сведения могли бы пригодится Малфою…
— Кха-кха… Тергео!..
…причем настолько сильно, что он даже вовремя прикусил свой язык и не стал хвастаться распространяться ностальгически вздыхающей Гермионе о своей личной особенно-исключительной способности, за которую он нередко получал совершенно непрошенную похвалу от горячо нелюбимой поехавшей тетушки Беллатрисы. Естественно, его претенциозная и кичливо-бахвальная речь пошла бы об окклюменции. Вполне очевидно, что Грейнджер уже была в общих чертах осведомлена об этом его природном и активно развиваемом таланте, но никакого понятия не имела о том, насколько больших успехов он сумел достичь на этом нелегком и поддающимся далеко-далеко не всем магическом поприще. Разумеется, откуда ж ей было знать, если она ни разу этим не поинтересовалась?.. Конечно же, Малфоя периодически так и подмывало разболтать ей о том, что его мысли не мог прочесть даже Снейп, который по праву считался одним из наиболее искушенно-искусных легилиментов, фактически наравне с самим Темным Лордом(!), однако… Сейчас нервно-зябко ежащийся под колючим шерстяным покрывалом слизеринец с рьяно-неистовым безмолвным усердием благодарил Салазара за то, что даже его загнивающе-деградирующего ума хватило на то, чтобы все-таки не делать этого…