Будто бы аристократки не чихают… Смешно!..
— Будьте здоровы, мисс Грейнджер! Прошу прощения за этот беспорядок, здесь уже давно пора прибраться, но я вечно занят более важными… заботами… — в очередной раз вполне добродушно рассмеялся Бруствер, явно в высшей степени умиленный ее откровенной сконфуженностью. Большие внимательно-зоркие и в то же время «мягкие» глаза в не таком уж и далеком прошлом одного из наиболее сильных и опытных мракоборцев, а ныне — самого влиятельного человека во всей стране, изучающе присматривались к ней, но никак не могли отчетливо разглядеть того, что с кристально-чистой ясностью видели оба Малфоя. Для Кингсли невинно-смущенно бормочущая извинения под свой розовеющий нос Гермиона, вне всякого сомнения, оставалась той самой, пусть и немного повзрослевшей девочкой-девушкой, безропотно согласившейся рискнуть своей жизнью в образе Гарри в ходе смертельно опасной тактической операции под кодовым названием «Семь Поттеров», проводимой Орденом Феникса летом 97-го года. Тогда они вдвоем с Равелином летели верхом на фестрале и никак не могли оторваться от неотступно преследовавшего их Волан-де-Морта, отчего-то решившего, что именно она и есть Избранный… — Проходите и усаживайтесь поудобнее. Разговор нам с вами предстоит серьезный.
А Бруствер отчасти прав. Мы все уже совсем не те, кем были еще только вчера. Быстро растем, да?.. Что ждет нас дальше? И вообще… Кого это «нас»?.. Меня и Малфоя? Меня и Малфоев? Я не смогу покинуть Драко... По крайней мере, пока он в опасности. Но если однажды она исчезнет, то… Что потом? Я смогу уйти? Или, может быть, наоборот?.. Остаться?.. А что все-таки хуже? Как по мне, так равнозначно…
Наконец, покончив с никому не нужными оправданиями, Золотая Девочка мельком огляделась вокруг, чтобы Кингсли ненароком не показалось, что та с неподдельным интересом глазеет на поистине роскошное внутреннее убранство несоразмерно большого даже для Бруствера(!) и очень-очень дорого-богато обставленного кабинета, расположенного на первом этаже Министерства Магии. Да, тут уж явно не экономили! В стенах этого просторного помещения кричаще-вычурной позолотой сверкало практически все, за исключением, разве что, блестящих бархатных обивок мебели и украшенных декоративной рельефной лепниной стен! И здесь же, без всякого мнимого преувеличения, решалась судьба всей Британии, причем как магической, так и маггловской… Министерство могло сколь угодно скандировать о «безоговорочном равенстве» между чародеями и простецами хоть на каждом углу, но вместе с тем все прекрасно понимали, что в чрезвычайных ситуациях в определенных высше-чиновничьих кругах не таким уж и не-прос-ти-тель-ным Империусом почти никогда не пренебрегали, хоть и усиленно-клятвенно отрицали это перед широкой волшебной общественностью… Вот, к примеру, при правлении Пожирателей премьер-министр немагической Англии повредился рассудком и угодил в Мунго из-за неправильного наложения подчиняющего заклятия: несчастный Герберт Чорли до сих пор развлекался тем, что пытался передушить всех ухаживающих за ним медсестер, если, конечно, не был занял подражанием диким уткам. И… Смертолюбцы что, первыми до этого додумались? Да как бы не так! Верхушка правящей волшебной элиты столетиями вмешивалась в особо важные и выгодные интересные им дела простецов, разумеется, никак не афишируя этого…
Мерлин, теперь мне неудивительно, что Волан-де-Морт проиграл. С такими-то криворукими идиотами в подчинении!.. Но все же стоит отдать им должное. Заимствованная у Министерства идея была блестящей: скрытно управлять миллионами магглов, поработив волю всего лишь одного из них… До чего же занимательно!.. А что, если бы нечто подобное использовалось в благих целях? Для прекращения войн или…
— Итак, начнем. Полагаю, вначале вы хотели бы узнать, как обстоят дела у ваших родителей?.. — успокаивающе-ровным глубоким голосом произнес Бруствер, грузно опустившись в ближайший к нему, ни дать, ни взять, полутрон с резными ножками и покрытыми сверкающим золотом(?) подлокотниками. Судя по всему, это был отнюдь не вопрос, а неоспоримое утверждение, и потому ничего не возразившая Гермиона медленно осела-провалилась в мягкое кресло поменьше прямо напротив него. По ходу сего действа она целых два раза нервозно дернулась, широко распахнула глаза и сцепила прижатые к груди руки в устрашенно-благоговейно трясущийся замок. Разумеется, все это было сделано для наведения пущего эффекта: все, как матушка учила… Нарцисса крайне настойчиво уверяла ее в необходимости репетиции этой конкретной сцены, но Героиня Войны лишь хмуро отмахивалась от этих ничуть не кажущихся ей излишними наставлений. Именно поэтому практически большая часть тех самых уединенно-самодозволенных «пяти минут перед зеркалом» тратились на детальную отработку самых разных человеческих эмоций, которые должны были отражаться на гриффиндорском лице в нужные моменты. — Взяв на себя заботу о Малфоях, вы в очередной раз оказали неоценимую помощь Министерству, поэтому я рад сообщить вам, что со дня на день мы подготовим все необходимое для госпитализации Грейнджеров в магическую больницу имени Святого Мунго, где над восстановлением их памяти будут работать лучшие из лучших…