На золотые табуретки финансирование они нашли! Ну, конечно же… Посмотри же на них, Гарри! Присмотрись-ка получше! Увидь их моими глазами! Мы отвоевали для них мир, и вот, как они им распоряжаются! Твои родители мертвы, мои — отныне тоже! Теперь я, наконец, получила право голоса и могу судить о происходящем наравне с тобой? Или нужно, чтобы еще кто-нибудь близкий мне умер, дабы мое мнение стало таким же веским, как и твое?!!
Да, все было именно так, ведь в настоящее время Министерством управлял волшебник, пользующийся заслуженно-большим авторитетом у Мальчика-Который-Выжил. Несмотря на то, что Гарри всегда не очень хорошо разбирался в людях и вообще был склонен уважать всех подряд без разбора («Дамблдор хороший, а Снейп — плохой! Ой… Снейп оказался хорошим, а Дамблдор… Но я все равно его почитаю!»), на счет Бруствера он нисколько не ошибался. Героиня Войны, из которой пресловутый «юношеский» максимализм окончательно выветрился еще пару лет назад, не была уверена в том, что ненавидит или презирает Кингсли. Даже напротив… В отличии от возглавляемого им ведомства, он вдруг стал ей глубоко симпатичен. Именитый мракоборец, так ловко облачающийся в маггловскую одежду и с легкостью сливающийся с толпой простецов, то и дело вызывал ее избирательно-скупое восхищение. Лишь внешне неповоротливо-обрюзгший Кингсли представлялся ей заправским трюкачом, запросто способным усидеть на двух и более стульях одновременно. Великолепный теоретик-тактик и не менее выдающийся практик-стратег, Равелин быстро стал лучшим двойным агентом из всех, которыми когда-либо располагал Орден (если, разумеется, не брать преждевременно усопшего Снейпа в расчет…). Он был попросту незаменимым информатором махинатора-Дамблдора, без которого война с Темным Лордом вполне могла бы закончиться совершенно иным итогом. Чего только стоило заклятие забвения, так своевременно наложенное Бруствером на Мариэтту Эджком (любопытно, избавилась ли трусливая доносчица от сочащейся гноем «ЯБЕДЫ» на своей подлой морде, хотя Золотая Девочка создавала то изобличающее заклинание с безошибочным расчетом на то, что, если с годами фурункулы и сойдут, то шрамы от них останутся навсегда…)! Но этого все равно было недостаточно…
…недостаточно для того, чтобы управлять Министерством, которое даже под вашим «чутким» руководством ведет себя, как поедающий сам себя Уроборос! Вы явно не справляетесь со своими обязанностями, поэтому… В туманной перспективе у нас с Гарри только два варианта: либо как можно скорее уничтожить Министерство как институт, либо… возглавить его!.. М-да… Наверное, не зря Малфой все чаще посмеивается над тем, что у меня амбиции зашкаливают…
— Я так скучаю по маме и папе, мистер Бруствер! И то, что вы делаете… Это так много значит для меня… — Кингсли вдруг окликнул ее по имени, и Гермиона мгновенно поняла, что профукала тот архиважный момент, когда министр, наконец, окончил свою скучнейше-завиральную и явно заранее заготовленную речь. Чтобы хоть как-то нивелировать незапланированно возникшую несколько-секундную паузу, которая могла нанести непоправимый вред ее ошеломляюще-успешному актерскому дебюту, она, больше не теряя времени даром, накрыла свое мраморно-белое лицо ладонями и… Разрыдалась. Громко и пронзительно-убедительно, позаимствовав некоторые особливо надрывно-завывательные интонации у Паркинсон, которая в первые дни сентября отчего-то не стеснялась плакать прямо на уроках… Получалось очень и очень неплохо! Даже придирчиво-строгая Нарцисса непременно одобрила бы, потому что… Потому что эти давно сдерживаемые прогоркло-соленые слезы были вполне настоящими и в действительности проливались по славному, но навсегда и безвозвратно ушедшему прошлому, в котором фигурировали не только ее родители и сплоченное Золотое Трио, но и она сама, прежняя Гермиона. А еще там никогда не находилось почетно-значимого места для Драко Малфоя, хотя он, тем не менее, всегда там присутствовал… — Я не знаю… Не знаю, что и сказать! Спасибо! Спасибо вам!..
Мой дорогой Гарри! Такой бездумно честный, беспечно открытый и легкомысленно бескорыстный… Ты до сих пор еще не понял? Они вызывают уважение лишь до тех самых пор, пока вся их пованивающая подноготная не всплывет наружу! И лучше заблаговременно отойти подальше, чтобы случайно не запачкаться в ней… Кингсли, при всех своих заслугах, не может сдержать Ульриха, и твой непосредственный начальник в Аврорате — тоже. Так зачем они вообще здесь нужны?! Мы почти подошли к порогу новой войны! Пора разобраться со всем этим по старинке! То есть… самим…