— Ровно через тридцать восемь секунд Долиш постучится в башню и представится командиром отряда мракоборцев. Нарцисса им откроет, а Драко сразу же начнет вопить: «Ты ее видел, Поттер?!»
— Заткнись!..
Казалось, что леденяще-студеный пот вырабатывается абсолютно каждой функциональной порой ее мерзлой кожи, и поэтому лютейший озноб заколотил Гермиону еще сильнее, чем прежде, но вместо того, чтобы благоразумно задуматься о запоздалом приеме подогретой бодроперцовой настойки, она лишь сильнее вжалась в холодно-каменную стену замка и торжественно пообещала себе не двигаться с места раньше положенного времени. Успешно забившись спрятавшись в одну из темных крошечных ниш совсем неподалеку от слегка искромсанного портрета пухлой собачницы, она упорно-неуклонно сохраняла почти полную неподвижность вот уже несколько десятков минут кряду. Староста Девочек с опасливо-мнительной терпеливостью дожидалась этого… Этого приглушенно-тихого эха, наконец, прокатившегося по безлюдно-безразличным школьным коридорам и известившего ее о том, что по молчаливому предрассветному Хогвартсу образцово-дружно марширует небольшой отряд авроров, «выписанный» сюда специально для условно-безопасного сопровождения Малфоев в подземную темницу Визенгамота…
— Приветствую, я Долиш — командир отряда. Нам приказано немедленно доставить вас в Министерство, где вы сможете встретиться с Мистером Мал...
— Ты ее видел, Поттер?! Уже почти утро!!! Где она?!
— О-о-о-й, даже не знаю, Малфой! Надеюсь, что сбежала подальше от тебя!!!
— Ради Мерлина, не надо, сынок!!!
— ОТСТАВИТЬ, ПОТТЕР! Три дежурства вне очереди!
— Есть, сэр!..
— Идем же, дорогой! Если бы с ней что-то случилось, его бы здесь не было!..
Гавкающий холст, успевший замозолить глаза всем и каждому, совершенно беззвучно затворился, и панически-повышенные знакомые голоса всех участников этого убийственно-занимательного разговора начали постепенно затухать. Гермиона никак не могла выдохнуть, потому что попросту не вдыхала. Слабо-глухие отзвуки неуклонно отдаляющихся от нее шагов нисколько не успокаивали, а лишь наоборот усиливали ее запредельно-колоссальное внутреннее напряжение. Ломать голову еще и над тем, почему Малфой и Гарри миленько беседуют так, как будто каждый из них детально в курсе вообще ВСЕГО, она не собиралась, а потому по-мышиному быстро шмыгнула в сторону недовольно насупленной дамы с собачками, не слишком-то обрадовавшейся тому, что ее опять разбудили в такую непозволительную рань. Шустро проскользнув в едва приоткрывшийся портретный проем, Героиня Войны очутилась в тепле общей гостиной, где мать с сыном впервые за весь сентябрь разожгли крохотно-скромный камин, чтобы скоротать промозглую осеннюю ночь в ожидании ее возвращения…
— Ну, убедилась теперь? Все, как я и говорила!.. Нарцисса останется поговорить с Люциусом, а Драко сразу же помчится обратно и вернется сюда приблизительно через полча…
— ЗАТКНИСЬ!
Нет, она категорически не намеревалась за них волноваться, ведь Бруствер любезнейше шепнул ей о том, что под покровом темноты до сих пор еще относительно свободно перемещающимся Малфоям в виде исключительного-исключения будет выделен мини-отряд бравых авроров для долгожданного семейного свидания с одряхлевшим главой древнейшего чистокровного рода, очень внезапно и очень охотно согласившегося «уступить» гораздо большую денежную сумму, чем та, на которую избирательно-беспринципное Министерство Магии рассчитывало первоначально… Это произошло уже в самом конце самого тошнотворно-мерзостного вечера в жизни Старосты Девочек. После весьма обстоятельно-длительной репетиции уготованной ей речи, а также излишне щепетильного магического гримирования, она таки обратилась к прессе со своим подчеркнуто-официальным заявлением, коротко выступила на радио, дала парочку щекотливых интервью и, куда же без этого, стала главным действующим лицом о-бя-за-тель-ной министерской фотосессии… Но и на этом давно переваливший за полночь «вечер» тоже не закончился. После пыткоподобного близкого общения с бесчисленным количеством приставуче-навязчивых журналистов, сверхмерно довольный Кингсли не подразумевающим никаких возражений тоном пригласил ее на «небольшой фуршет», на деле оказавшийся размашисто-роскошным банкетом для «сливок» волшебного сообщества Британии, не забывающих исправно пировать во время чумы…